— Сколько ей лет?
— Двадцать.
— Ну, не маленькая уже девочка, — хмыкнул парень. — Красивая?
У полковника был такой вид, словно от этой реплики он сейчас прыснет со смеху, но он сдержался, а потом серьезно ответил:
— Не забывай о том, что он человек восточной национальности, соответственно, и дочерей воспитывал в строгости. Обычно девочек в таких семьях вообще рано выдают замуж, не спрашивая. Вот, в общем, изучи.
Трофимов положил перед ним тонкую папку, открыв которую, Федя увидел, что там биография Сафина.
— С агентством я обо всем договорился, они сообщат Сафину, что нашли ему сотрудника, и он готов приступить к работе. Завтра утром ты должен быть у него.
— Завтра? А как же моя смена?
— С этого момента считай, что ты на внедрении.
— Это официальное задание? Рапорт писать нужно? — уточнил на всякий случай.
Полковник покачал головой.
— Нет, пока все на неофициальном уровне. И знать об этом будем только ты и я, понял?
Федя кивнул.
— На связь выходи только со мной лично, вне стен дома Сафина. Мне нужно знать, с кем он общается, куда ездит, каков распорядок его дня. Все, что сможешь узнать. «Жучок» нужно установить в его кабинете, все дела он ведет там. Сделать это будет непросто, и, главное, не попадись, у него по всему периметру там охрана натыкана.
— Ничего, разберемся, — пообещал Дубравин, убирая коробочку во внутренний карман куртки.
— Все, иди. Займись своим внешним видом. И продумай свою биографию на случай, если будут расспрашивать.
— Есть, товарищ полковник.
Федя поднялся и, прихватив папку с биографией, направился к выходу.
Глава 2
— Привет!
Сестра ворвалась в ее комнату, как обычно, без стука. И вовсе не потому, что они были дружны и близки, просто Лиля считала, что ее дела всегда самые важные и, если ей хочется поболтать, то все обязаны отложить свои и слушать.
— Привет, — отозвалась Алиса, даже не взглянув в ее сторону, занятая составлением конспекта.
Лиля прошла к окну, уселась на подоконник и, зажмурившись, подставила лицо солнечным лучам. Весна в этом году была ранняя. На дворе только шел апрель, но солнце припекало, словно в разгар лета.
— Слушай, тебе не надоело? — после некоторого молчания лениво поинтересовалась Лиля.
— Что именно? — не сразу поняла вопрос Алиса.
— Ну, сидишь целыми днями, все что-то учишь. У тебя реально больше нет никаких интересов, кроме учебы?
Алиса поняла, что просто так она не отстанет. Подняла глаза от учебника и терпеливо напомнила:
— Через месяц выпускные экзамены, а еще через два — вступительные в институт. Мне нужно готовиться.
Лиля смотрела на нее с сожалением.
— У тебя выпускной на носу. Ты хотя бы платье выбрала?
— Я не пойду.
— Не пойдешь?! — ее изумлению не было границ.
— Что мне там делать? — пожала плечами Алиса.
Лиля закатила глаза.
— Веселиться! Такой вариант времяпрепровождения ты не рассматриваешь?
— Все выпускные проходят одинаково. Туда приходят, чтобы напиться и делать глупости.
— Ты бы хоть раз в жизни совершила бы уже для разнообразия какую-нибудь глупость, а? — с сарказмом заметила Лиля. — Тебе восемнадцать! А ты все в девочках ходишь. Может, хоть на выпускном заведешь себе парня?! Или ты так и будешь хранить свою драгоценную девственность по велению папочки и его желанию когда-нибудь выдать нас замуж за кого-нибудь из своих друзей?
Ее слова больно полоснули. Словно кнутом ударили по обнаженной коже, вновь пробудив страх в какой-то момент оказаться «не-хозяйкой» своей жизни. Лиля знала этот страх Алисы, он появился после того, как отец выгнал ее мать за какую-то провинность и навсегда разлучил с дочерью, запретив любое общение между ними. Лиля умела залезть в душу, задеть за живое, но здесь Алиса ее прощала. Потому что «родовое проклятье» быть выданной замуж за того, за кого скажет отец, и тогда, когда скажет отец, довлело над ними обеими. И если честно, то Лиле оно грозило еще раньше. Уже в самом ближайшем будущем. И жених был найден — из тех самых, «папиных друзей». И Лиля была от этого не в восторге, потому и творила всякую «дичь».