- По-видимому, вот она, эта квартира.
Она указала пальцем с красным маникюром на окна квартиры справа, Ольга Анатольевна проследила за ее взглядом, нахмурилась:
- В сгущающихся сумерках смотрится пугающе.
- Ла ладно, - Анна натянуто улыбнулась. - Это в ночи так кажется, а днем это обычные окна обычной квартиры.
- Наверное. - Ольга Анатольевна пожала плечами, а Анна заметила, как мать поежилась.
- Анна?
Обе женщины обернулись на мужской голос - высокий брюнет примерно сорока лет подошел к ним и тоже посмотрел на окна второго этажа.
- Да. Сергей?
Мужчина кивнул, улыбнулся и сразу же расположил к себе.
- Ну что, - он громко выдохнул. - Идем?
- Идем!
На первом этаже слабоосвещенного подъезда пахло сыростью, в проеме между первым и вторым этажами светлей, на окне шторка, а за ней горшки с цветами. Сергей в два быстрых шага преодолел лестничный проем, девушки невольно ускорились, поднялись вслед за ним на второй этаж, остановились у металлической двери той самой квартиры справа.
- Минуту. - Произнес риэлтор и вынул из кармана связку ключей. Раздался скрежет, дверь с глухим стуком поддалась вперед, отчего-то стало неспокойно, Анна отступила назад, заметив, как мужчина вытирает со лба испарину.
Он открыл металлическую дверь. За ней еще одна - деревянная. Анна и ее мать одновременно вздрогнули, огромный деревянный крест, приколоченный к двери, внушал ощущение нереальности и тревоги, заставил замереть от внезапно прилипшего к коже страха.
- Это еще что такое? - спросила Анна, нахмурившись и сжав от появившегося напряжения пальцы. - Первый раз такое вижу. Зачем этот крест? Такие на кладбищах ставят!
- Анна! - Смущенно одернула дочь Ольга Анатольевна, но и сама испуганно отступила назад.
- Что Анна? - грубо отозвалась та и вопросительно, выгнув тонкие брови, посмотрела на растерявшегося не меньше них, Сергея.
- Не обращайте внимания! - попытался улыбнуться риэлтор - вышло неестественно. - Люди верующие здесь проживали, здесь вся квартиры в защитах. Да вы проходите, не стесняйтесь.
В защитах? - подумала она - от чего? Или от кого?..
Он толкнул вторую дверь, та распахнулась, открывая вид на коридор, утопающий в вечерней мгле. Аня отступила еще на шаг, от напряжения услышав стук собственного сердца. Сергей вздохнул и, прежде чем переступить порог, нащупал выключатель света. Щелчок и небольшой коридор наполнился желтым светом. Он зашел в квартиру, бросил связку ключей на табурет, стоявший напротив двери, включил свет на кухне, прошел вглубь длинного коридора, снова щелкнул выключателем, повернулся к девушкам:
- Везде теперь светло, можно смотреть. Вот эта дверь ведет на кухню, там дальше по коридору дверь в большую комнату и последняя - в спальню.
Девушки переступили порог, поморщились - в квартире хозяйничал спертый долгим затвором запах. Душно. И этот застывший во времени воздух, никак не циркулирующий много лет, ударил по вискам тугой болью. Сергей, по-видимому, почувствовал то же самое, потому как зашел на кухню и открыл настежь окно.
- Сколько лет здесь не проветривали? - Спросила Ольга Анатольевна, сморщив нос - запах пыли и затхлости, казался очень тугим и тяжелым.
- Много. - Послышался голос риэлтора с кухни, треск деревянных оконных рам и ветер загудел в квартире. - Около десяти лет, а может, больше.
Девушки переглянулись, жадно вдохнули свежий воздух, но даже ворвавшийся впервые за несколько лет холодный ветер, казалось, за считаные секунды нагрелся от царившей в квартире духоты.
- Проходите на кухню. - Позвал Сергей.
Анна кивнула, немного расслабилась, отправилась на осмотр, вслед за матерью. Кухня оказалась больше, чем она представляла - с пожелтевшими от времени обоями, истоптанным линолеумом и огромной люстрой с бра из красного бархата под потолком. Свет от этого получался тусклым, с красным отблеском, падающим кривыми лучами на стены, на большой кухонный стол, на гарнитур из дерева, выполненный на старомодный манер.
- Я отчего-то думала, что квартира уже пустая. - Удивлённо сказала Анна, вопросительно посмотрев сначала на мать, потом на Сергея. Мужчина пожал плечами.
- А здесь и мебель. - Ольга Анатольевна кивнула, подошла к одному из кухонных шкафчиков, открыла дверцу и отпрянула. - Ой, Боже ты мой! А здесь еще и посуда, и даже остатки еды!
Анна выглянула из-за материного плеча, и действительно, на полке, затянутой паутиной стояли кружки и чашки, пакет крупы в непривычной для глаза упаковке, весьма устаревшей и пожелтевшей, упаковка чая с изображённым на ней слоном, точно таким, как в детстве.
- Чай из детства! - усмехнулась Анна, протянула свою руку, чтобы взять желтую коробочку, но Сергей почти вскрикнул:
- Прошу вас, не трогайте здесь ничего.
Анна и ее мама удивленно обернулись, мужчина сказал чуть тише:
- Мебель и вещи позже увезут, а пока, давайте, просто осмотримся.
Гостьи согласились и, окинув еще раз кухню взглядом, вышли в коридор. Сергей и Ольга Анатольевна отправились смотреть большую комнату, а Анна остановилась. Здесь, рядом с дверью в ванную комнату и туалет, тусклый свет освещал небольшой шкаф вдоль стены. Она открыла дверцы, отступила на шаг назад, отмахиваясь от пыли. Надо же, подумала она, хозяйка уехала, не взяв с собой вещи.
Она распахнула вторую дверцу - на верхней полке стояли пыльные коробки от обуви. А на штанге перед глазами висели на плечиках пожелтевшие от времени бывшие когда-то белыми блузки, такие старые на вид, что Аня невольно вспомнила, как в детстве примеряла наряды матери, состоявшие примерно из блузок такого же свободного кроя.
- Ничего себе! - воскликнула Ольга Анатольевна за ее спиной и Анна вздрогнула. - У меня была точно такая же блузка, когда ты была совсем мала! Это сколько же лет они здесь висят!
Она взяла одну из вешалок и внимательно посмотрела на одежду.
- Точь-в-точь, надо же!
Анна выхватила из рук матери вещь, бросила ее обратно в шкаф и закрыла дверцы.
- Никогда еще не видела столько старых вещей в одном месте! А где Сергей?
- На балконе. Курит.
Они вошли в большую комнату - разложенный диван слева у стены, рядом старенький сервант, что был когда-то и у них, на полу затоптанный грязный палас, на стене справа трельяж с зеркалом и тумба, на которой стоял одеколон, лежала кипа медицинских журналов. Анна подошла ближе.
- Ничего себе! Девяносто девятый год! - она показала журналы матери. - Давненько же здесь никто не жил.
Мать кивнула, показала Анне глазами на вещи, лежавшие на диване, но Аня сначала посмотрела на фотографии в рамках, висевшие на стене. С фотокартин на нее смотрела светловолосая женщина, улыбающаяся, но ее глаза, казались жуткими в этой плохо освещённой комнате, рядом висела фотография молодой девушки, на вид лет семнадцати, тоже светленькой, но взгляд ее был печален и даже сердит.
Анна отвела взгляд, стало неприятно, мать же тем временем сказала:
- Смотри, на диване почерневший от времени халат. Его, похоже, как сняли, кинув сюда, так он и лежит уже много лет.
- Да, - кивнула Анна, посмотрела на одеколон и духи на тумбе, на женские туфли, стоявшие на полу у серванта, на множество вещей на полках шкафа.