– Да, уже иду! – сказал он своим обыкновенным бодрым голосом. Но буквально через минуту Диана услышала громкий удар, будто что-то большое упало на пол. Она вскочила с кровати и бросилась в гостиную, где на полу лежало бездыханное тело Ахмеда. Только спустя несколько часов врач сказал ей, что ее возлюбленный умер от сердечного приступа, и ничего нельзя было сделать.
Все было как в тумане: она что-то делала, с кем-то общалась, но тут же забывала это. Диана хотела организовать похороны, но через некоторое время к ней пришли два друга Ахмеда, которых она видела много раз с ним в клубе.
– Здравствуй, Диана. Мы пришли разобраться с делами Ахмеда и с организацией похорон.
– Что теперь будет? – всхлипывая, спросила девушка с испугом и отчаянием. На удивление, она не боялась, что ее выкинут на улицу, она тосковала по счастью, которое было и которого теперь нет.
– Все, что здесь есть, твое. Деньги, украшения, одежда. Никто этого не заберёт. Но учти, что квартира съемная, поэтому платить за нее как-то придется. Похороны Ахмеда мы организуем. По всем законам и традициям.
После этих слов мужчины ушли почти так же, как и пришли, оставив Диану с чувством щемящей пустоты внутри. В них она заметила тот же взгляд, что и в своих подругах: взгляд недоверия при любом слове о любви. Но Диане было все равно. Она любила Ахмеда и хотела сделать все, что могла, чтобы проводить его достойно.
Похороны состоялись через две недели после того разговора. Когда она вошла в зал, где прощались с Ахмедом, то увидела знакомых ей мужчин в темных костюмах и незнакомых женщин, укутанных в черные полотна с головы до пят. Она хотела подойти к ним и выразить свои соболезнования, хотя и чувствовала, что сама заслуживает их много больше. Но сделав первые шаги, девушка заметила, что эти люди готовились отойти, как только она приблизится. Они сторонились ее. Шокированная этим, Диана не стала выяснять отношения и подошла к гробу с другой стороны, тихо произнося последние слова.
– Кто это? – услышала Диана голос одной из девушек.
– Да так, девка нашего брата, которой он пользовался, пока бывал в Москве. Дурой она, вроде, не была, не понимаю, зачем пришла.
– Я ее знаю, – вмешался в разговор один из тех, кто приходил к Диане после смерти Ахмеда – Она верила, что у них любовь. И скорбит, кажется, по-настоящему.
«По-настоящему? » – повторила про себя Диана: «Да я здесь, видимо, единственная, кто по-настоящему скорбит. Как они могут говорить такие отвратительные вещи? Я была единственной, кто в любой момент поддерживал Ахмеда. »
Через несколько минут в зал вошла пожилая пара: седой лысеющий мужчина в темном костюме и женщина, в противовес другим, одетая в обычную, хоть и траурных цветов, одежду. По описаниям Ахмеда Диана догадалась, что это были его родители. Она хотела подойти к ним, но тут из стоящей напротив компании вышел все тот же мужчина и направился к ним. Краем уха Диана смогла услышать их разговор.
– Хорошо, что вам удалось приехать. Мы организовали все, как вы говорили.
– Спасибо, Абдулла. Все бы было хорошо, если бы не эта девка. Как она вообще посмела сюда прийти?
– Не говори так, Мадина, – вмешался в разговор отец Ахмеда – Если она скорбит по нашему сыну, то имеет полное право выразить эту скорбь.
– О чем она может скорбеть? – ядовито отвечала женщина – Она просто продажная девка, с которой был наш сын ради удобства. Она только по деньгам скорбеть и может.
Больше никто ничего не говорил, но это было и не нужно. Диана чувствовала себя отвратительно: кроме тоски по любимому добавило еще и понимание, что все родственники и друзья Ахмеда презирают ее, не понимают тех отношений, которые были у нее с ним. Вечером, когда все стали разъезжаться, Диана осталась, ожидая, что кто-то предложит ее подвезти. Но никто этого не сделал. Девушка осталась в одиночестве за городом ночью. Только это смогло окончательно убедить ее, что в семье Ахмеда для нее места нет. Кое-как на перекладных добравшись до квартиры, Диана упала на кровать и от бессилия зарыдала.
Лейла и ее подруги, с которыми Диана общалась достаточно тесно, первое время старались ей помочь: они давали ей деньги, покупали у нее вещи и украшения и звали с собой развеяться. Конечно, ей сочувствовали, но на лицах подруг Диана не видела грусти даже в первые дни после смерти Ахмеда.
– У тебя уже есть кто-то на примете? – спросила Лейла через две недели после похорон.
– На примете? Ты о чем вообще?
– Ну, раз Ахмед умер, тебе нужен другой мужчина, который будет тебя обеспечивать. Нашла кого-нибудь?
– Я не собираюсь никого искать, – твердо ответила Диана.