«Это всё твоя вина. Если он погибнет, это будет целиком и полностью твоя вина , и тогда ты останешься совсем одна. Не будет ни заказов. Ни поездок. Ни Марка. Не дай этому случиться ».
Удивительно, но Марк не упал, хотя и пошатнулся в сторону. Чтобы Станковский еще раз в него не пальнул, Лили выстрелила из своего пистолета. Русский нырнул вниз и спрятался за первым же стойлом. Марк юркнул за стоящие перед ним коробки с боеприпасами.
— Ты в порядке? — спросила Лили, проверяя магазин своего «Глока».
Черт, осталось всего семь пуль. Нижняя пуля была из той самой обоймы, которую она практически полностью разрядила в Роксану. Лили все еще берегла эту пулю для него.
— Хорошо, что я правша, — рассмеялся Марк так, чтобы она его услышала.
— Приму к сведению! В следующий раз буду целиться в другую руку! — крикнул в ответ Станковский.
Сверху снова раздались выстрелы, на этот раз уже ближе к Лили. Она выругалась и бросилась вперед, стараясь не попасть под пули. Но тут из-за угла выглянул Станковский. Ей ничего не оставалось, кроме как броситься в первое попавшееся стойло, едва увернувшись от выстрела в лицо. Она тяжело опустилась на землю. Дети в углу кричали и плакали, сбившись у противоположной стены.
— Замолчите! Просто лягте! — закричала она им.
Она слышала, как Марк стрелял в Станковского, а может, они стреляли друг в друга. С потолка по-прежнему палил автомат, но по-прежнему мимо нее. Потом ей показалось, будто в конюшню влетела маленькая ракета. Она помнила этот звук еще с Африки — Кингсли стрелял в дом. Она стиснула зубы и прижалась к грязному полу, пытаясь на пальцах объяснить детям, чтобы они сделали то же самое детям.
«О чем, черт возьми, он думает?! Я же сказала ему не стрелять в здание!»
***
Следующий выстрел прозвучал где-то высоко, Лили услышала, как он пробил крышу. По потолку загрохотали шаги, и она отважилась выглянуть из-за двери стойла. Марк со Станковским были заняты перестрелкой. Она повернулась и, посмотрев в другой конец дома, увидела, что в потолке открылась потайная дверь. Из неё высунулся ствол автомата, и по проходу полоснула отрывистая очередь. Как только стрелок уверился в том, что расчистил себе территорию, он начал спускаться из своей лазейки.
Человек явно не заметил подглядывающую из стойла Лили. Она вскочила на ноги и, перегнувшись через дверь, дважды выстрелила ему в спину. Мужчина вскрикнул, упал на землю и больше не двигался.
Лили глубоко вздохнула, отперла на двери засов и пинком распахнула ее настежь. Потом присела на корточки в ожидании выстрелов. Но ничего не последовало. Марк со Станковским перестали стрелять. В конюшне воцарилась гробовая тишина, даже дети каким-то чудом успокоились.
Поэтому звук прогремевшего вдруг взрыва показался еще более ужасающим. Что-то здорово рвануло, и, судя по тому, как затряслось здание, очень близко. Лили отбросило на пол прямо посреди прохода. С потолка упало несколько балок, от стен отошла часть панелей, и по конюшням пронесся холодный ветер. Лили увидела, как Станковский оступился и ухватился за одну дверь, пытаясь удержаться на ногах.
— Ещё рано, идиоты! — прокричал он, а затем выбежал из конюшни.
— НЕТ!
Лили вскочила на ноги. Она смутно сознавала, что задняя стена конюшни исчезла, и, наверное, это было важно, но всё её внимание сосредоточилось сейчас на том, как добраться до Станковского. Если он выйдет из конюшни, то сможет удрать. Лили никак не могла этого допустить. Вся ее вселенная сосредоточилась на нем, на том, чтобы не дать ему уйти.
Лили пронеслась мимо кричащего что-то Марка, но она его не слушала. Она выскочила на улицу, распахнув настежь дверь, и потрясенно застыла. Станковский не сбежал. Вообще-то, он стоял всего в нескольких шагах от входа в конюшню. У Лили едва хватило времени затормозить, чтобы в него не врезаться, и еще меньше, чтобы заметить направленный на нее пистолет. Утоптанный снег сыграл в ее пользу, она поскользнулась и упала на бок. Станковский опустил пистолет и нажал на курок, но не успел как следует прицелиться, поэтому пуля попала ей в бедро. К счастью, не прямой выстрел, но все же уже не царапина.
«Чёрт возьми, это далеко не царапина».
Лили не удержалась и вскрикнула. Теперь не похвастаешься, что в тебя ни разу не попадали. Она зажала ладонью рану, сквозь пальцы просачивалась теплая кровь. Девушка попыталась отползти назад, но подняв глаза, увидела, что Станковский перезаряжает пистолет. Ее «Глок» выпал у нее из руки и потерялся где-то в снегу.