«Мне не хочется причинять Кингсли боль…»
— Видишь. Всё же тебе страшно, — прошептал ей на ухо Марк, от чего она вздрогнула.
Лили сердито на него зыркнула.
— Нет, не страшно. Просто пытаюсь всё обдумать, — ответила она.
Марк обошел ее и встал перед ней с ухмылкой, которую она обычно терпеть не могла.
— И что же ты надумала? — спросил он, явно не поверив ни единому ее слову.
— А то, что сегодня ночью я, пожалуй, подежурю, — ответила она, затем отвернулась от него и зашагала обратно в переднюю часть дома.
Все время, пока она шла, у нее за спиной не стихал его смех.
Через пару часов вернулся Кингсли с кучей всевозможных подарков. С огромными рулонами разлинованной бумаги, которые при ближайшем рассмотрении оказались чертежами большого магазина. В углу стояла печать «Архитектурно-строительная компания Шмидта», а прямо под ней крупными буквами — «СТВ Энтерпрайзис».
— Это должно пригодиться — тут все четыре этажа, — сказал он, разворачивая один из рулонов.
— Где ты их раздобыл поздним вечером?! — потрясенно спросила Лили.
Кингсли широко ей улыбнулся.
— В канцелярии округа, дорогая. Некоторые из тамошних дам могут быть очень сговорчивыми, — объяснил он.
Лили застонала.
— Ты серьезно? Как такое возможно, что в какой город мы ни приедем, у тебя всегда там оказывается секс-подружка?
— Я очень много работаю, вот как. И посмотри, как это удобно!
— Вот почему тебя так долго не было.
— Ну, мне была нужна информация, разве нет? В таком деле нельзя спешить, я должен был сотворить маленькое волшебство, — сказал он ей.
— Меня сейчас стошнит.
— Тебе это нравится.
Пока Марк с Кингсли обсуждали планы, Лили спустилась вниз, решив приготовить что-нибудь поесть. Если Кингсли не остановить, он и впрямь будет питаться одним фаст-фудом, а Марк — работать до голодного обморока. Всё равно, что жить с двумя подростками.
— Итак, какой у нас план? — спросила она, вернувшись в их «оперативный штаб» с двумя тарелками сэндвичей.
В воздухе витал сигаретный дым, а свет одинокой, питающейся от генератора голой лампочки придавал всей комнате жуткий, мрачный вид.
— Ладно, хорошо, итак! За боковыми стенами магазина находятся другие торговые помещения, поэтому ни окон, ни дверей там нет. Нижний этаж полностью отведен под розничную торговлю. И для нас он совершенно бесполезен. Имеются три выхода: один спереди и два сзади. На втором этаже работают ювелиры — все открыто, как в торговом зале. Для нас это отлично, никому не скрыться.
— С третьим этажом сложнее. Там расположены офисы для проведения закрытых сделок и коммерческой стороны операций. Коридоры, закрытые двери, ничего хорошего, но, по крайней мере, мы теперь знаем, сколько там комнат и что где находится. Четвертый этаж — это огромная роскошная квартира с открытой планировкой, и замечательная новость: в ней только одна спальня. Вот наша цель — квартира Станковского. Насколько мне известно, Роксана Станковская приехала два дня назад. Ее муж прибудет послезавтра. Торжественное открытие состоится через два дня, — закончил Кингсли, переворачивая листы бумаги.
— Мне нужно покончить с этим до открытия. Я не хочу попасть на CNN или типа того, — жуя сэндвич, заявила Лили.
Марк доел свой бутерброд и, откинувшись на спинку стула, потёр руками лицо.
— Значит, у нас есть целый день, чтобы все спланировать, — вздохнул он.
Лили кивнула.
— Целый день.
— Почему мы всегда все делаем в последнюю минуту?
— Мы — нет, — поправила она его, указав на себя с Кингсли. — Это из-за тебя мы потеряли кучу времени, потому что ты скрывал информацию. Мы могли бы поехать в Нью-Йорк прямо из Колумбии и все это время готовиться.
— Как же ты меня... раздражаешь, — прищурившись, ответил он.
Лили послала ему воздушный поцелуй.
— Что ж, дорогие мои, с вами, конечно, весело, но уже почти полночь, и мне совсем не хочется превращаться в тыкву. Итак! Я собираюсь немного расслабиться. Держите оборону, ясно? — проинструктировал их Кингсли, надев пиджак.
— Ты шутишь?! Разве не ты только что трахнул какую-то цыпочку? — удивленно спросила Лили.
— Как грубо, любовь моя, ты же знаешь, как я это не люблю. Я занимался страстной любовью с одной восхитительной разведенкой, которой, честно говоря, это было просто необходимо. А вот теперь я собираюсь «трахнуть парочку цыпочек». Пока, — сказал он, затем вышел из комнаты.