— Всю оставшуюся ночь я хочу последить за магазином, чтобы разобраться в их системе безопасности. Сегодня нам удалось многое разузнать, но мне нужно больше информации. Вы вдвоём приходите ровно к пяти часам. Не проебите сегодняшнюю ночь — убедитесь, что запомнили все это дерьмо. Я не хочу, чтобы кого-то подстрелили.
Кингсли говорил это им обоим, но при этом не сводил глаз с Марка. Смысл его слов был понятен: весь левый бок Лили, от подмышки до бедра, украшал дивный фиолетовый синяк. Она ни разу не пожаловалась, но глотала Тайленол, как сумасшедшая.
«Из-за меня эта женщина вечно в синяках. Сколько пройдёт времени, прежде чем к ним добавится шрам?»
— Понятно, — ответил Марк.
Лили кивнула, собирая волосы в небрежный пучок.
— Я подготовлю все наше снаряжение, а потом выучу чертежи, — добавила она.
— Хорошо. Когда окажетесь в зоне досягаемости, включите микрофоны. Дайте мне знать о своем приближении, я не хочу вас перестрелять, когда вы будете подниматься по лестнице, — предупредил Кингсли, раздавая им ларингофоны и рации.
— Так точно, босс, — насмешливо отсалютовала ему Лили.
Мужчина явно ощущал напряжение от предстоящей миссии, и от такого выпада Лили рассмеялся и немного расслабился.
— Смотри мне. До скорой встречи. Не забудь, в пять часов, — сказал он, затем наклонился и, поцеловав ее в висок, направиться к двери.
— А меня не поцелуешь?! — крикнул Марк.
Кингсли поднял вверх средний палец и исчез на лестнице.
Была полночь, так что времени оставалось совсем немного. Они принялись раскладывать оружие, наполнять рюкзаки бутылками с водой и медикаментами первой помощи. Лили снова переоделась в спортивный лифчик и обтягивающие шорты, от которых Марку стало трудно дышать. Каждый раз, когда она наклонялась, ему приходилось прекращать свою работу. Он не представлял, как Кингсли продержался рядом с ней целых полгода.
«А кто сказал, что он все это время держался? Как знать, может он лапал ее при каждом удобном случае».
— Прекрати.
Ее голос прервал его размышления, и Марк помотал головой.
— Что? — спросил он, взглянув на пистолет, который разбирал.
— Ты на меня пялишься. Прекрати. Сосредоточься на том, что делаешь, — отрезала она.
Марк бросил на нее сердитый взгляд.
— Ладно, во-первых, я на тебя не пялился. Во-вторых, еще раз так со мной заговоришь, и у нас будут серьезные проблемы, — предупредил он ее.
Лили закатила глаза и, встав, отряхнула руки о бёдра.
— Оооо, как страшно. В меня стреляли, потому что ты не мог держать себя в руках, помнишь? Я просто хочу убедиться, что ты справишься, — сказала она ему.
Марк откинулся на спинку стула и отложил в сторону кожух-затвор, который в этот момент чистил.
— Не переживай за меня, Лили. Переживай за себя. Ты не должна оказаться в таком положении, чтобы тебя подстрелили — даже если бы я тебя не окрикнул, тот парень все равно никуда бы не делся.
Она громко рассмеялась, ее голос на мгновение заполнил всю комнату.
— Ладно, Де Сант, если тебе так легче.
После этого Марк поставил себе цель больше на нее не смотреть. Он закончил чистить пистолет и положил его рядом с остальным подготовленным оружием. Затем положил на стол свой новый бронежилет и проверил на нём все крепления. Потом взялся за рюкзак и, запихнув в него препараты первой помощи, принялся набивать его патронами. Он так увлёкся, что даже не заметил, как на стул рядом с ним села Лили.
— Что? — выпалил он, когда поднял глаза и поймал на себе ее пристальный взгляд.
Лили улыбнулась и, подавшись вперед, облокотилась на стол.
— Ничего, — ответила она.
Марк прищурился.
— Разве мне только что не влетело за то, что я на тебя пялился?
— Да, но мне на тебя смотреть можно.
— Почему?
— Потому из-за меня в тебя никогда не стреляли, — заметила она.
Теперь настала его очередь расхохотаться.
— Это что, шутка?! Кажется, я припоминаю, как Иванов в упор выстрелил мне в грудь!
— Но это случилось не из-за меня.
— Я оказался там из-за тебя.
— Я тебя туда не звала.
— Лили.
— Да?
— Какого хрена ты пытаешься со мной поругаться? — спросил Марк, наконец-то разгадав ее игру.
Улыбка Лили стала шире.
— Потому что это так весело, — поддразнила его она.
— Отвали.
— Потому что это напряжение меня убивает. Я чувствую, что если ничего не предприму, то взорвусь, — призналась, наконец, она.
Марк вздохнул.
— Да, дорогуша, мне знакомо это чувство, но не могла бы ты найти другой способ снять напряжение? Мне и так тяжело сосредоточиться, когда ты носишься тут полуголая, мне это не нужно…