Официант делает испуганное лицо.
— Извините, но мы…
— Не разглашаете, знаю.
Я пропускаю его, а затем на меня выдвигается шкаф в костюме.
— Парень, тебе здесь не место, — сурово говорит он.
Я поднимаю ладонь, мол, все в порядке, и возвращаюсь в свой мир.
Выхожу на улицу. Гурама еще нет, а моя куртка и мобильный остались в кабине. Ветер до костей пробирает, мокрый снег лезет в глаза. Я мог бы вернуться в здание, но спускаюсь с крыльца, достаю из кармана комбинезона пачку сигарет и прикуриваю, прислонившись плечом к бетонному углу ресторана.
Так и стою, на границе миров. За спиной — грязный снег со следами шин, мусорные контейнеры и раздавленные окурки. А передо мной — очищенные ступени, белые сугробы, низкие елки, увитые гирляндами.
Так что со мной такое было? Почему я зациклился на этом образе?
Да потому что видел его уже много раз.
Впервые она появилась в самое темное время моей жизни, после гибели отца, когда, лежа на кровати, я ночами пялился на черный квадрат потолка. Просто возникла из ниоткуда, из другого мира, неясным образом, но таким осязаемым, что я встал с кровати.
Помню, как бесшумно закрыл дверь, чтобы не разбудить маму, как с тихим щелчком включил настольную лампу и шарил по полкам стола, пытаясь найти хоть какой-нибудь лист бумаги. Под руку попался папин корпоративный ежедневник. Год заканчивался, а в ежедневнике ни строчки. Точно, тогда тоже был декабрь.
Я рисовал ее ночами напролет до рези в глазах, до мозолей на пальцах, но толком ничего не вышло. Зато со временем у меня стали неплохо получаться заброшенные города, мосты, освещенные полной луной, люди, отбрасывающие тени животных, монстры с человеческими лицами. Черные рисунки отвлекли меня от черных мыслей. А женщина с крыльями еще долго мне снилась, до самой армии.
И сегодня я увидел ее воплощение.
“Если пройду дальше, — мелькает внезапная мысль, — увижу то самое окно с крыльями”... Я замираю, не донеся сигарету до губ: незнакомка идет ко мне сама.
Визуализация
Мирослава
Если музыка, то британский поп
Если алкоголь, то немного красного вина
Если хобби, то чтение
Если цель, то как это отразится на семье
Если любовь, то к мужу
Глава 5. Это же просто зонт
Это действительно она.
Спускается по ступеням в высоких черных сапогах, в длинном пальто цвета потертого каштана, с приподнятым меховым воротом. Я по-прежнему толком не могу рассмотреть ее лицо, но и без того понятно, что она не ближе ко мне, чем когда-то во снах: холеная, утонченная, наверняка чья-то чужая женщина, старше меня лет на десять.
Незнакомка открывает огромный оранжевый зонт — самое яркое пятно в этом городе, а ветер вдруг вырывает его из рук, выворачивает наизнанку и швыряет в мою сторону.
Я дергаюсь к зонту… и на этом чудеса заканчиваются. Откуда ни возьмись появляется мужчина, весь с иголочки, ловит этот зонт и возвращает незнакомке.
Теперь они стоят так близко, что я слышу их разговор.
— Спицы поломаны, — говорит мужчина, пытаясь сложить исковерканный зонт.
— Починим, — будто просит моя незнакомка.
— Да ну! Уже столько лет у тебя! Выбрасывай, — голос недовольный, уши красные от холода. Ежится, придерживая свободной рукой ворот пальто.
— Я у тебя тоже много лет, и что? — тепло спрашивает она.
И мое тело реагирует на ее голос: какой-то болезненной схваткой в груди. Реагирует на это тепло к другому мужчине, на то, что “столько лет у тебя”, и на паузу, которая возникла в разговоре. Ведь очевидно, что он должен сказать что-то хорошее, что-то про любовь.
— Это же просто зонт, — отвечает мужчина.
Они идут дальше, к парковке. Кое-как сложив зонт, мужчина бросает его на землю возле переполненного мусорного контейнера. Они садятся в черный мерс, навороченный и блестящий.
Все. Уезжают. Красные стоп-огни у шлагбаума, как прощальный сигнал.
Конец истории.
— Стас! — материализуется передо мной Гурам. Руки в карманах куртки, документы зажаты под мышкой. — Где тебя черти носят?!
— Тебя жду, — отвечаю я, отклеив от губ истлевшую сигарету. Вообще про нее забыл.
Мы садимся в машину, и только в тепле я осознаю, как сильно замерз. Пристегиваюсь ремнем безопасности, не чувствуя пальцев.
— Ну что, по домам? — спрашивает Гурам, сделав музыку погромче, и в такт веселой мелодии похлопывает ладонями по рулю.
Я откидываюсь на спинку кресла и вытягиваю ноги. Ощущение такое, будто я еще куда-то иду. Спина и мышцы рук ноут. И завтра все повторится по кругу.
Такое странное ощущение... Бывает, выйдешь из дома, и кажется, утюг забыл выключить. Что-то подобное я чувствую сейчас, только не понимаю, что именно забыл.