На трассе истерично сигналит фура, и я снова остаюсь один.
С трудом переворачиваюсь на спину, сую руку за пазуху и вытаскиваю пригласительный. Смотрю на него — и прикрываю глаза. Мятый, с прилипшим грязным снегом, подпись размыта, как акварельный рисунок. А еще я только что оставил на нем окровавленный отпечаток.
Он бесполезен. Но я все равно складываю пригласительный пополам и бережно кладу его обратно за пазуху.
Я чувствую такую жгучую душевную боль, что нет слов ее описать. Даже матерных.
Набираю пригоршню снега и обтираю лицо. Потом нащупываю в кармане куртки смятую пачку сигарет и кое-как одну вытаскиваю. Зажимаю губами сигарету, скривившись от боли. Пытаюсь зажечь зажигалку, но искра не высекается.
Так и лежу с незажженной сигаретой и смотрю в звёздное небо.
Потом переворачиваюсь на живот, становлюсь на четвереньки и нашариваю шапку, которая слетела во время драки. Встаю, натягиваю ее до бровей. Проверяю телефон — работает. Хорошо, что был в рюкзаке.
Набираю номер Степы.
— Нужна твоя помощь, мажор, — говорю я.
— Что у тебя с голосом? — напрягается он.
— Я на парковке “Орла и решки”, заберешь?
— Выезжаю!
И телефон гаснет у меня в руке — теперь аккумулятор сел по-настоящему.
Потом до меня доходит, что Степа приедет не сюда, а на парковку возле главного входа. Осторожно, чтобы не вызвать еще большую боль, надеваю рюкзак на плечи. Плетусь к основной парковке, прижимая руку к ребрам.
Пригласительный был у меня в кармане — в прямом смысле слова. А теперь у меня снова ничего нет. Да что за рок такой? Что я делаю не так?! Разве то, что я чувствую, — это плохо? Это же хорошо. Это вообще самое лучше! Тогда что за хрень происходит, а?! Я поднимаю к небу яростный взгляд.
А когда его опускаю — вижу Миру.
Настоящую, живую. Она идет от ресторана к парковке, одна. Идет прямо на меня.
Я так офигеваю от этой картинки, что какое-то время просто смотрю на нее, замерев, не мигая.
— Подождите! — говорю я, когда мы почти поравнялись.
Мира бросает на меня короткий взгляд, но даже шаг не замедляет.
— Пожалуйста, — прошу я, едва сдержав себя, чтобы не схватить ее за руку, когда она проходит мимо. — Остановись! — в отчаянии выкрикиваю я.
И она останавливается.
Наши драгоценные читательницы! Важная информация о том, что будет дальше с "Не подарком" https://litnet.com/shrt/nHa7
Глава 41. Я тебя люблю
Наши любимые читатели! Мы рады, что вы снова с нами! Это были непростые дни, но мы придумали такое… такое… В общем, доверились Стасу)
Я столько времени ходил вокруг нее кругами, выбирал идеальный момент, идеальный повод, а теперь, когда хуже некуда, ощущение такое, что все, это последний шанс, другого — не будет.
Мира смотрит на меня — и не узнает. Сейчас, ночью, в перепачканной куртке, в шапке, натянутой по самые брови, с расквашенным носом я совсем не тот парень, кому она так запросто отдала свой телефон сегодня днем.
Хорошо, что не узнала. Может, я не все еще разрушу этим порывом.
— Я люблю тебя, понимаешь?.. — говорю ей, а у самого ком в горле.
Я как-то по-дебильному счастлив, при этом отчетливо осознавая, что с каждой секундой закапываю себя все глубже.
Она улыбается, мимолетно, сочувственно.
— Вам домой нужно.
— Люблю… как в фильмах… как в книгах, — не затыкаюсь я. — Просто до безумия, до отчаяния.
Она вроде и слушает меня, но словно из вежливости. Или неловкости. Или страха. Оглядывается, будто невзначай — ждет, когда принц на черном мерсе приедет и спасет ее. Спасет от меня.
Я напугал ее — вот что произошло.
— Я люблю тебя и буду любить всю жизнь. — Тону, но не могу остановиться. — Ты мое наваждение, мой свет, моя радость, ты самое лучшее, что случилось со мной в жизни. — Вкладываю в слова все свои чувства, в моем голосе — океан нежности.
— Простите, — тихо говорит она, — но вы меня с кем-то спутали.
А муж ее уже несется сюда, на ходу орет в телефон: “Здесь какой-то бомж на парковке, уберите немедленно!”
— Это ты меня прости, — отвечаю я. Слезы режут глаза.
Борис обхватывает ее за плечи и поспешно уводит. Стиснув зубы от боли, иду за ними так быстро, как могу.
— И что?! Ты ничего мне не сделаешь? — перекрикивая ветер, ору я Борису.
Он останавливается, поворачивается ко мне.
— Не надо, — просит Мира, — это же просто мальчик. Ну выпил лишнего…
И он, блядь, слушается ее! Да просто зассал: видит, что тормозов у меня сейчас нет.
— Я твоей женщине в любви признался! — ору еще громче. — Иди сюда, поговорим!
А он, сука, только прибавляет ход.
Они уже возле мерса. Остались последние секунды. Что мне сделать? Что ей сказать?!