После банных процедур меня провели обратно в комнату, оказавшуюся спальней. Теперь, когда со лба не капала вонючая жижа, я заметила кровать и небольшой столик, на котором в корзинке лежали фрукты. Какая забота!
– Передайте вашей госпоже, что я её жду! – уселась на кровать, запоздало удивляясь, что для меня приготовили черные брюки и голубую блузу вместо платья. Предусмотрительно, что тут скажешь.
Девушки вышли, плотно закрыв за собой дверь. Но щелчка ключа не было, из чего я сделала вывод, что дверь не заперта. Скорее, просто наложено заклятие. Пользуясь передышкой, ощупала пострадавшую ногу. Лодыжка распухла и ощутимо ныла. Похоже, в ближайшие дни мне не бегать. Но это не значит, что кто-то заставит меня сидеть, сложа руки. Попробовала открыть портал – бесполезно. Неужели и Мирабэль ценит светенские сплавы? Ощущения были, как на корабле Камиллы – когда магия есть, но использовать её не можешь. Печально…
Долго ждать не пришлось. Несколько минут спустя дверь отворилась, пропуская высокую темноволосую женщину. Она шла степенно, словно на голове покоилась корона. Серые глаза смотрели внимательно, изучали меня с ног до головы. Я поежилась – неприятный взгляд. От него чувствуешь себя кроликом перед удавом или зверьком в клетке. Эта женщина была красива, но иной, темной красотой. Она не походила на отца или дядю. Скорее, напоминала призрак бабушки. На Мирабэль – а я не сомневалась, кто передо мной – было надето черное платье с белым кружевным воротничком, украшенное черными и белыми камнями. Мне даже стало неловко за позаимствованный костюм. Вот как должна выглядеть настоящая принцесса.
– Добро пожаловать, дитя, – Мирабэль чуть склонила голову. Её теплый обволакивающий голос словно усыплял бдительность, но в комнате заметно похолодало, несмотря на летний зной.
– Здравствуйте, тетушка, – решила я держаться в той же манере.
– Приятно, – на губах Мирры расцвела ледяная улыбка. – Так ты слышала обо мне. От кого же?
– Бабуля рассказала, – пожала я плечами. – Точнее, её призрак.
Смех Мирабэль зазвенел тысячей колокольчиков. Она присела на кровать и расправила складки платья.
– Извини за скудную обстановку, – похлопала она по покрывалу, приглашая присоединиться. – Не было времени подготовиться. Мои питомцы сообщили, ты посещала тюрьму. Как там бедняжка Адриан? Еще в своем уме?
– Адриан… Риан! – поняла я. – Да, просил передать, что останется вам верным до конца и не злится на вас.
– Романтичный мальчик, – вздохнула Мирабэль. – Но пусть лучше не мешается под ногами. Даже покушение не смог провести, как надо. Так что наказание заслужено.
Мне не нравился её тон, но вступать в спор не стала – ведь не о Риане же она хотела поговорить.
– Тебе, наверняка, любопытно, зачем ты здесь, – продолжила Мирабэль, поигрывая ониксовым браслетом.
– Не буду отрицать, – кивнула я, стараясь отодвинуться подальше.
– Что ж, объясню. Твой дядя когда-то сломал мне жизнь. Не без помощи Дерека. Я хочу, чтобы он заплатил за свои поступки. И его дети. Но не ты. Знаешь, почему?
Откуда мне было знать?
– Да потому, – продолжила Мирабэль, – что ты такая же, как и я. Я долго наблюдала за тобой, дитя. Ты все одна да одна. Меня тоже никогда не любили. Пока была жива матушка, она меня защищала, но затем она умерла. Братья меня недолюбливали. А, точнее, боялись. У меня, как и у тебя, редкий дар – иллюзия. Императору Себастьяну нужен был он, а не я. Но нашелся человек, которого я полюбила. Он хотел увезти меня из Миридана. Вот только разве император мог меня отпустить? Моего возлюбленного убили, меня обманули. Но правда выплыла. Со временем. И я начала мстить, на что ко мне подослали наемного убийцу. Взгляни, – отогнула Мирабэль воротничок, и я увидела тонкую полоску шрама. – Этим следом меня наградил несостоявшийся убийца. Я сумела немного отклонить удар. Брат счел меня мертвой, но на самом деле мой труп был иллюзией. Я сбежала, долгое время скиталась по свету, но решила вернуться и довести начатое до конца. Ты всегда помогаешь слабым и угнетенным, милая девочка. Неужели теперь будешь защищать преступников?
Я пораженно молчала. Похоже, папа рассказал не всю правду. В том, что Мирабэль искренна, сомнений не возникало – её взгляд говорил о многом. Но, как бы там ни было, дядя воспитывал меня, а Эд и Марго – мои кузены. Дать их убить? Ни за что!
– Я не убью их, – тетушка словно прочла мои сомнения. – Передумала. Нет, я оставлю их без крова, и пусть идут на все четыре стороны, как когда-то я сама. Прошу, Оливия, подумай…