Одна мелодия сменяла другую. Меня пригласил один из выпускников – кажется, я видела его на поле среди целителей. Затем я танцевала с самим деканом. Он узнал меня, потому что загадочно улыбался и намекал, что не прочь был бы получить такую ученицу, как я.
И вдруг музыка резко оборвалась. Я завертела головой, пытаясь обнаружить причину кощунства. И увидела мужчину в запыленной одежде с серым от горя лицом. Он поднялся на возвышение для оркестра и громко произнес:
– Маги Миридана, на его императорское величество, милостью света императора Миридана Себастьяна из рода Анабелроуз, было совершено покушение. Молитесь за императора.
Я чуть не осела на пол. Меня подхватил декан и тут же потащил к выходу. Мы продирались сквозь стенания и плач. Дамы заламывали руки. Вчерашние студенты с решимостью направлялись за нами. Рядом возник Берт и взял меня под вторую руку.
Я ничего не понимала. В голове внезапно воцарилась пустота. Покушение? Как? На дядю? Кто посмел? Где? Почему? Ком вопросов, в котором нельзя было разобраться. Почему мне нельзя было выть, как этим дамочкам? Чем я хуже? Но глаза оставались сухими, и я шла к воротам, у которых уже ждал экипаж. Конечно, не меня, а декана, но первой сесть в него довелось мне. Берт что-то шепнул Морану, тот кивнул, и друг сел в экипаж вместе с нами.
– Оливия, девочка, – сжал Моран мою ладонь, внезапно ставшую ледяной, – держись.
Я наклонила голову. Берт аккуратно обнял меня за плечи и привлек к себе. Я прижалась щекой к его плечу и закрыла глаза. Может, это сон? Тогда надо проснуться! Но это был не сон…
Я не замечала, какие улицы мы проезжали – понимала только, что приближаемся к императорскому дворцу. Я рвалась туда – и в то же время боялась, что все уже кончено. Дядя… Он сильнее всех, кого я знала. Как же он мог подпустить к себе убийцу? Или он заметил его слишком поздно? Или не заметил вообще? Куда смотрели его телохранители? Мне казалось, что голова вот-вот взорвется от мыслей.
Экипаж вздрогнул и остановился. Берт помог мне выйти. Я чувствовала себя куклой – мне говорили, куда идти, куда сворачивать. Стража у ворот загородила нам путь, но узнала меня и пропустила. Я растерянно смотрела по сторонам. Кто все эти люди, наполнившие дворец? Откуда они очутились здесь раньше нас?
– Оливия.
Я смотрела на человека перед собой – и не узнавала, пока он не подошел и не встряхнул меня за плечи.
– Крис, – я так внезапно пришла в себя, что даже голова закружилась. – Как ты здесь оказался?
– За тобой прислали, и я решил, что могу быть здесь полезен. Идем.
Мы свернули к дверям кабинета Эдуарда. Конечно, надо поговорить с кузеном. Кто еще может объяснить, что случилось, если не он? Я толкнула массивную дверь.
Эд сидел за столом, уронив голову на руки. Вокруг хлопотала взволнованная Каламина. Она предлагала принцу воды, но тот молчал. Эрик бледным изваянием застыл у окна. Четвертым был дядюшкин советник, Делай Лоргис.
– Ваше высочество, – склонился он.
– Здравствуйте, господин Лоргис, – ответила я.
При звуке моего голоса Эд приподнял голову. Он выглядел совсем плохо. Хуже, чем я ожидала.
– Что произошло? – на смену моему волнению внезапно пришла холодность, словно из меня разом выкачали все чувства.
– Позвольте мне? – оглянулся Лоргис на присутствующих. – Его императорское величество Себастьян выехал из дворца, чтобы почтить своим присутствием церемонию вручения дипломов в МАМИ.
– Давайте без официальных фраз, – утомленно попросила я, подвигая стул и присаживаясь рядом с Эдом. Его ледяная ладонь мигом сжала мои пальцы.
– Как прикажете, – вздохнул Делай, прекрасно зная, что спорить со мной бесполезно. – Из стражников императора выжил только один, но и он на грани гибели. Он говорит, что его величество по дороге остановился, чтобы перемолвиться с какой-то женщиной. А затем она вдруг исчезла, оставив после себя заклятие. Охрану оно поразило сразу, император еще сопротивляется. Его осмотрели лекари, состояние крайне тяжелое.
– Я могу его увидеть? – спросила я.
– Да, конечно, пройдемте, ваше высочество.
Я с трудом забрала у Эда руку и направилась следом за Лоргисом. Спальня дяди находилась в соседнем коридоре. У дверей толпились лекари и стражники, а также соратники дяди, которые находились в столице. Я заметила, что за мной шел Моран Ширхор. Остальные остались в кабинете.