Я пыталась вклиниться в этот речевой поток, но не могла, потому что меня вдруг подняли на ноги и принялись обмерять со всех сторон. Я даже не успела обидеться на замечание о груди.
– Дядя, она не за платьем, – вмешался Дан.
– За юбкой? – обернулся Кот.
– За информацией!
– А! – Кот мигом утратил ко мне интерес. – Что надо?
– Меня интересуют пуговицы – такие, как на жилете вашего…
– Племянника, – подсказал Дан.
– Это мужской вариант, – выпятил губу портной.
– Мне нужно знать, где вы их купили, – настаивала я.
– Я их сам делаю, – ответил Кот. – Точнее, сделал всего партию, на пробу, а потом у меня кончились материалы. А что?
– Вы помните, куда делась эта партия? – пыталась я подтолкнуть его в нужном русле.
– Конечно, – с видом оскорбленного достоинства произнес Кот. – Я их все потратил на некромантов. Помнишь, Дан, у вас была какая-то пирушка, и вы решили принарядиться? Еще когда ты учился в МАМИ? Вот, всем четверым я такие пуговички и пришил. Кому на рубашку, кому на жилет.
– И больше таких пуговиц нигде нет? – уточнила я.
– Да нет же! И вообще, ко мне вот-вот придет клиентка – настоящая, не чета вам. Потрудитесь покинуть мастерскую.
Мне хотелось хоть как-нибудь напакостить грубияну, но я сдержалась и вышла из мастерской с гордо поднятой головой. Эрик и Дан последовали за мной.
– Вы извините его, – принялся тараторить Барран, стоило нам оказаться на улице. – Дядя считает себя великим портным, вот и задирает нос. А на самом деле он неплохой – и как портной, и как дядя.
– Меня больше интересуют твои друзья, – прервала я поток извинений.
– А что в них интересного? – пожал плечами Дан. – Всех троих вы видели – они вчера получили дипломы МАМИ.
Вот и приехали. Пропустила! Даже не подумала! Точнее – и подумать не могла. Глупая, глупая девчонка! Повелась на их возраст и растерянность. А ведь они – дипломированные некроманты. Все трое. Все-таки пожар и покушение на дядю связаны – уверена, за ними стоит один человек. И я его пропустила!
Я мчалась по улице так, что Эрик и Дан отстали. Либо они сделали это намеренно, давая мне время прийти в себя. Возможно, я бы ничего не заметила, пробежала бы мимо, если бы не услышала знакомый голос:
– Сейчас нет времени, потом.
На другой стороне улицы стоял Крис и разговаривал с какой-то девицей. Я не слышала, что ответила девушка, но выглядела она расстроенной. Интересно, когда он успел обзавестись приятельницами? И что он делает здесь, когда должен сидеть дома и ждать, не будет ли известий от моих друзей? Я уже готова была перейти через дорогу и задать все накопившиеся вопросы, когда девушка приподнялась на цыпочки, Крис нежно обнял её и поцеловал. Теперь меньше всего на свете я хотела бы, чтобы меня заметили. Наоборот, предпочла бы превратиться в тень, чтобы исчезнуть незаметно. Я быстро пошла дальше, пытаясь понять, что же только что видела. Хотя, чего тут непонятного? У Криса появилась некая зазноба, с которой он и встретился подальше от моих глаз. Он ведь думал, что Оливия сидит у дядюшкиной постели, а не бродит по городу. Вот только зачем тогда он целовал меня?
Сердце заныло. Что ж, этот день был предназначен, чтобы указать мне на собственную глупость. Конечно! Крис втайне надеется, что я найду способ его освободить. А чтобы это случилось поскорее, надо влюбить в себя дурочку-принцесску. Она ведь такая наивная. Поверит.
Поверила! Дала себя провести, как какая-то простушка. Позволила себе… влюбиться. Слезы злости застилали глаза. Ничего, я справлюсь. Не с таким справлялась. Есть дела куда важнее, чем зарвавшийся раб. Теперь понимаю, почему маги так ненавидят людей. Люди лживы! Там, где мы применяем магию, они действуют с помощью сладких речей и влюбленных глаз. О свет, да за что же мне это?
Я ворвалась во дворец, словно вихрь. Взмыла вверх по парадной лестнице, и вдруг столкнулась нос к носу с императрицей Тианой. Признаюсь честно, мы не ладили. Видимо, потому, что были слишком похожи.
– Оливия, – впервые в жизни Тиана, казалось, была рада меня видеть. – Дитя мое, какое счастье, что ты здесь! Ширхор сказал, ты помогла найти, где притаилось проклятье.
Тетя так обняла меня, что захрустели кости. Я выбралась из её хватки, опасаясь, что после объятий придется вызывать целителя.
– Когда вы приехали? – спросила я, на мгновение оставляя в стороне обиду и злость.