Когда Яну исполнилось шесть месяцев, Лена неожиданно попала в больницу — у нее так разболелся живот, что «Скорая» забрала ее с подозрением на аппендицит. К счастью, тревога оказалась ложной, но неделю ей пришлось провести в стационаре, чтобы все проверить.
Илья взял на это время отпуск по уходу, и в первый день без матери Ян был беспокойным и плаксивым, но скоро оба освоились и не нуждались ни в чьей подмоге. А в выходной Илья даже решился позвать друзей и наконец показать им сына.
— А что он такой мелкий-то? Плохо кормите, что ли? — изумленно спросил Юра.
— Такой как надо, и аппетит у него отменный. Хотите подержать?
— Ты с ума сошел? Сломаем же! — сказал Юра, но все-таки попробовал взять малыша на руки, а за ним и Володя. Заметив, как он улыбается, парни понемногу осмелели и присмотрели за Яном, пока Илья на скорую руку поджарил пельмени с луком — это было коронным блюдом на их вечеринках. Мальчик уже научился сидеть и теперь с любопытством наблюдал за отцом и гостями из своего креслица, время от времени пытаясь запустить ручки кому-нибудь в тарелку.
— Куда тянешься? Еще попроси квасу тебе налить, — шутливо сказал Володя. — А вообще, Илья, он у тебя классный, спокойный такой! Весь в отца, похоже.
— Вот и нет, в этом возрасте я был шумный, только потом остепенился, — возразил Илья. — А он и вправду молодец, столько уже понимает! Жаль только что Лене пока с ним неинтересно: играть совсем не хочет, все норовит поскорее его с рук спустить. Видимо, очень уж после беременности устала.
— Ну да, — как-то неопределенно кивнул Володя. — Только знаешь, Илья, впору усомниться, кто из вас на самом деле рожал.
— В смысле?
— В коромысле! Ты сейчас будто под гормоном счастья, очевидного не замечаешь. Хреновая мать твоя Лена, вот что! А ты: устала, бедная...
— Володь, не нагнетай. Ты-то что в этом понимаешь? — примирительно вмешался Юра, хотя Илья больше удивился, чем обиделся. Ему казалось, что все скоро наладится, тем более что разговоры с Леной по телефону обнадеживали. Она спрашивала о сыне, просила поцеловать Яна за нее, а когда Илья присылал ей фотографии, оставляла в ответ «сердечки».
Друзья тоже решили больше не поднимать скользкую тему, и Юра заговорщицки подмигнул:
— Ты все-таки гитару сюда привез? Что, ностальгируешь время от времени?
— Ну, сейчас редко, пока не знаю, как это Яну понравится.
— А что, давай проверим! — воодушевленно сказал Володя. — Хорошую музыку все любят, пусть приучается. Давай, Илья, вспомним былые времена!
— Ну а ты что скажешь? Хочешь послушать? — спросил Илья, погладив сына по голове. — Ладно, давайте, пока он еще не все понимает, а то любимый репертуар у нас явно не детский!
Он взял гитару и неторопливыми, ласкающими движениями стал наигрывать плавное вступление старой песни «ДДТ», в которой юношеское хулиганство удивительно сживалось с горькой философией. Юра присел рядом, заменив барабаны пластиковым ведром, — благодаря безупречному чувству ритма он легко управлялся почти с любой поверхностью.
— Пьяный, со слезящимися глазами, железнодорожник
Растет у дороги вечного ветра,
Выставил ухо, как подорожник,
Слушая вой и зубов скрежетанье
Наезжающего звука
Ставит стрелку в не то состоянье
Переводит в тупик и сипит: «Ни пуха...» — пропел Илья, все больше набирая силу, и на припеве Володя стал подхватывать чуть более низким, бархатным голосом:
— Эй, зачем вам туда?
Окатитеся здесь, оставайтесь здесь,
К черту дороги, под откос поезда
Летайте здесь, размножайтесь здесь!..
Понемногу они играли все увереннее, то взмывая на пик циничного задора, то возвращаясь к тихой задумчивости без выводов и катарсиса, такой свойственной ветеранам питерского рока. Ян прислушивался с забавной серьезностью, порой улыбался, но что его особенно впечатлило — увы, так и осталось загадкой.
Вскоре домой из больницы вернулась Лена. Она приехала похудевшая и бледная, но умиротворенная, какой муж не видел ее уже давно.
— И ты тут сам справлялся? Ну, сегодня надо тебя побаловать! В магазин тебе опять придется смотаться, но остальное обещаю взять на себя, — сказала она с улыбкой.
Лена попросила купить вдобавок клубники, любимых ею заварных булочек и сухого вина, а заодно распечатала баночку красной икры, купленной на будущее.