Когда врачи уехали, наконец явилась Анна Георгиевна, за которой следовала дочь. С тещей Илья поздоровался, но в сторону Лены даже не посмотрел. Майя аккуратно прикрыла за собой дверь комнаты, где отдыхал после укола муж, и пригласила женщин в гостиную.
Лена так и осталась у двери, а Анна Георгиевна присела на один из стульев и нерешительно спросила:
— Так что у вас стряслось? Я так и не поняла, зачем Ленка меня сюда сорвала...
— Мама, он меня ударил, — заявила Лена, и Илья, у которого на руках дремал сын, только горестно усмехнулся.
Анна Георгиевна, переводя взгляд с дочери на зятя и обратно, нервно сглотнула и ответила:
— Ну зачем же ты врешь, Лена?
Дочь, порозовев от гнева, воскликнула:
— Да как ты можешь, мама?! Почему ты веришь ему, а не мне? Выходит, на ком штаны, тот и прав! А я-то на тебя надеялась...
— Ну хватит уже выкаблучиваться, — поморщилась Анна Георгиевна. — Если он и дал тебе отрезвляющую оплеуху, то явно по очень серьезным причинам! Что-то случилось с моим внуком?
— Позвольте мне объяснить, — вмешалась Майя и вкратце поведала о происшедшем. Анна Георгиевна мрачно вздохнула и сказала:
— Я же говорила, что из Ленки мать как из... Ладно, что толку вспоминать! Не знаю, Илья, как вы будете из этого выпутываться, но сегодня уж заберу эту дуру к себе, а ты хоть отдохни. В город поедешь или у родителей переночуете?
— Пожалуй, останусь, отцу стало плохо. А для Яна я все с собой прихватил, так что и помою его, и накормлю.
— В этом я и не сомневаюсь, ты себя побереги, — сказала Анна Георгиевна и поднялась. — А твоему папе скорейшего выздоровления.
Взяв Лену за локоть, она решительно повела ее к двери, и они так и не обменялись с мужем ни словом.
К ночи Илья с матерью устроились на кухне и попили чаю. Майя как всегда держалась ровно и невозмутимо, но сын заметил, что у нее все еще подрагивают губы, а взгляд потускнел, как при тяжком недомогании.
— И часто с папой так бывает? Вы мне все-таки недоговаривали?
— Да какие тут тайны, Илья, — грустно улыбнулась мать. — Он не молодеет, жизнь за плечами непростая, вот и все. А сознаться себе в этом не хочет, потому и берет на себя слишком много, не умеет ни отдыхать, ни просить, ни жаловаться. Я-то давно не удивляюсь: Пекка еще в школе таким был. За него многие девчонки мечтали потом выйти замуж: умный, рукастый, с характером, да еще и красавец — ты же в него пошел. А он почему-то меня выбрал. До сих пор помню, как мы вместе за молоком бегали, подолгу в очередях стояли, и я однажды прямо у дома полный бидон опрокинула. В слезы ударилась, представляешь? За это и наказать могли, время было такое. А Пекка мне тогда свой отдал, и сказал: «Скоро у нас все будет общее». Вот так он мне, можно сказать, предложение и сделал.
— Надо же! Я так надеялся, что и у меня будет крепкая семья, а теперь не понимаю, что делать. Как по-твоему, папа прав и для нас с ней все уже кончено?
— Посмотрим, что будет завтра, а сейчас тебе действительно надо отдохнуть. Иди спать, я еще немного посижу здесь, подумаю.
На следующий день Илья съездил за лекарствами для отца и продуктами и стал собираться домой только после полудня. Лена звонила несколько раз, но он так и не взял трубку.
Он открыл дверь своими ключами, однако Лена бросилась ему навстречу так, будто давно поджидала в прихожей. Она нерешительно протянула руки, но Илья сразу ее отстранил:
— Лена, не трогай меня. Я пока не готов что-либо обсуждать.
— Пожалуйста, прости меня! Я здесь с самого утра, и к завтраку тебя ждала, и к обеду, надеялась, что мы как-то успокоимся и поговорим.
— Ну и что, мне заплакать от умиления? — вздохнул Илья и пошел мыть и переодевать ребенка. Когда он закончил, Лена сказала:
— Может быть, все-таки поешь? Я же готовила...
Илья совсем не хотел есть, но ему стало жалко Лену и он вяло принялся за суп. Она присела к столу и налила зеленый чай, к которому недавно пристрастилась.
— Как твой папа себя чувствует? — спросила Лена, когда он доел.
— Уже лучше. Так о чем ты собиралась поговорить?
Лена слегка оживилась и сказала:
— Ну что ходить вокруг да около, Илья: не гожусь я в матери, по крайней мере сейчас. Прости за то, что я вчера выкинула, но у меня реально нервы не выдерживают. Представляешь, что такое день за днем постоянно находиться с человеком, который у тебя не вызывает ничего, кроме раздражения? Мало приятного, да? И неделю-то сложно вытерпеть. А теперь представь, что такой человек еще и полностью зависит от тебя и ты по закону обязан день и ночь служить его системой жизнеобеспечения на неопределенный срок. Представил теперь, как я живу?