— Да все нормально, папа, давай в пансионат, я совсем не против. Только ты сам-то как, справишься? Может, лучше возьмешь меня с собой, вдруг я смогу помочь?
— Нет, Ян, я справлюсь, а тебе еще рано пускаться в такие приключения. Кстати, я уже почти умею мысли читать, — грустно улыбнулся Илья.
— Правда? Как здорово! Слушай, а она потом будет жить с нами?
— Это почему? Такого я вроде не говорил.
— А с чего тогда ты впрягся ей помогать? Значит, у тебя свой интерес, — рассудил Ян. — Да ладно, пап, я же не возражаю, если ты будешь счастлив.
— Спасибо, хороший мой, — усмехнулся Илья. — Но давай пока отложим этот разговор, хочется встретить Новый год без тяжелых мыслей. Может, встретимся все вместе перед отъездом, в кафе сходим? Хочешь?
— Давай, — ответил мальчик. К облегчению Ильи, он прекратил расспросы, улыбнулся и обхватил его сзади за шею.
— Пап, покатай меня! Пожалуйста, пожалуйста!
— А кто говорил, что уже не маленький? — весело отозвался Илья. Несколько лет назад они смотрели документальный фильм про обезьянок в Южной Америке, у которых самцы носят детенышей на спине, и с тех пор Ян то и дело затевал эту игру. Он уже основательно подрос, но Илья никогда не мог ему отказать.
А сейчас он ощутил исходящее от Яна тепло, нежный запах его волос, и сердце болезненно сжалось уже от иной тревоги. Досталась сыну родовая отметина или нет? Знать бы, как устроена эта проклятая преемственность, в какой момент падает жребий! Ведь дети часто умирают в утробе матери раньше, чем она узнает о беременности, и уготованная им судьба навсегда остается тайной. А у него только один сын, почти его копия, разве что волосы чуть пожелтее — у Ильи скорее пепельные, — и можно ли надеяться, что глубинное страшное наследие обойдет его стороной?
Но может быть, спокойная и мирная жизнь способна пригасить его темную силу? И она будет дремать, лишь иногда выплескиваясь в вещих снах, иллюзиях и чувственных порывах? Если только сам не захочешь подойти к краю бездны и не получишь проклятие в довесок к дару, прозрение, от которого болит голова и течет кровь, видения, в которых совершаются ужасные вещи, власть, которая накладывает неимоверную ответственность.
«Как бы я хотел прямо сейчас объяснить тебе, почему этого не надо делать! — размышлял Илья, сидя у кровати спящего сына. — Но ты же не прислушаешься, не смиришься с тем, что мне это можно, а тебе нельзя. Ведь именно такое слышат дети, когда их насильно хотят защитить, уберечь, обезволить. И сколько в этом отцовской заботы, а сколько — простого эгоизма, нежелания делиться?»
Наутро ему стало полегче и он решил не портить оставшееся время до Нового года, а точнее третьего января — в этот день Илья вознамерился явиться в общину Сонии.
В праздник они с Яном решили днем навестить Майю, а потом уехать в пансионат у залива. Пока мальчик после праздничного обеда смотрел мультфильмы в комнате, мать взялась наводить порядок, а Илья присел к столу, обхватив голову руками.
— Так и не хочешь ничего мне рассказать? — ласково спросила Майя, и сын поднял на нее внимательные прозрачные глаза.
— Даже не знаю, — сказал он, горько улыбнувшись. — Тебе ведь и так известно, что я пошел по стопам прабабки-ведьмы?
Женщина погладила его по волосам и тихо промолвила:
— Илья, ты всегда был моим сыном, единственным и любимым. Разве что-то изменилось, когда я это поняла? Нет. Конечно, мне поначалу стало страшно — за тебя: ну не может быть легкой судьбы с такой тайной! Если другие не погубят, то сам себя изгрызешь. Я так думала, по крайней мере, и очень жалела, что у нас больше нет детей...
— Типа запасных? — усмехнулся Илья.
— Я хотела, чтобы это досталось кому-то другому, не тебе. Но судьба есть судьба, ты ее принял, хотя мог и отказаться, наверняка для этого не обязательно умирать.
— Да? Получается, что бедная Айну погибла зря?
— По сути да, ей стоило дождаться, когда она созреет, полюбит, станет матерью и обретет покой. Это лучшая прививка от любого проклятия. У тебя вышло по-другому, но я-то не перестану тебя любить и верить в твою порядочность. Тебе придется применить эти способности?
— Лена попросила меня помочь, и там не обойтись без этого. Понимаешь, она, конечно, далеко не ангел, но люди, которым она доверилась, просто сволочи, от которых можно ждать чего угодно. Они угрожали не только ей, но и ее близким, так что мог ли я остаться в стороне?
— Я думаю, ты сам знаешь ответ на этот вопрос, Илья. Мог, но не захотел, так что выполняй и береги себя. Ты ведь помнишь нашу главную заповедь?