— Ты насрал, а я вляпался, — кивает Леон.
Скотт издает короткий смешок.
— Ай нид хелп, — сдается он.
Посмотрев на меня, Золотов скрещивает на груди руки и указывает подбородком на американца.
— Переведи, — говорит с ленцой.
Все это время я просто прыгала взглядом с одного мужчины на другого, топчась на верхней ступеньке приподнятого пола.
— Дословно? — спрашиваю я не очень уверенно.
— Доступно, — проговаривает Леон.
Я закусываю губу, переводя взгляд на американца.
Леон и сам отлично владеет разговорным английским. Раньше владел. Сейчас его навыки могут быть как лучше, так и хуже. Во второе мне верится с трудом, но мой английский, безусловно, лучше. В любых формах. Для этого ему и нужен переводчик, но я же не синхронист, и я понятия не имею, какой смысл сейчас он вкладывает в слово «доступно». Ведь я не в курсе, какие между этими двумя в действительности отношения…
Поставленная передо мной задача напоминает ту, которая касалась утреннего кофе.
Скотт смотрит на меня, выгнув рыжеватые брови.
— М-м-м… — топчусь я. — Он хотел сказать, что не хочет снова наступить в твое… дерьмо… — перевожу я.
Американец пару секунд думает, потом смеется.
На губах Леона появляется улыбка.
Я не присоединяюсь. Я чувствую себя не в своей тарелке. Еще и потому, что не могу не признать: меня будоражит не вызванный мною фурор, а то, что Леон продолжает улыбаться, глядя на свои мокасины.
— Окей, май френдз, — кивает Скотт. — Я все понял. Если я сделать плохо, ты дашь мне в морда?
Исподлобья смотрю на Леона.
— Йес, Скотт, — отзывается Золотов.
— Окей, ай андестуд…
— Гуд…
Они продолжают движение, на этот раз идут к лестнице. На ней еще нет перил, и выглядит она не очень. Мой босс разворачивается, остановившись на верхней ступеньке.
— Останься внизу, — говорит он мне. — И… лучше подожди на улице, — добавляет Леон, окинув взглядом пространство вокруг.
Я не против избавиться от строительной пыли, забившейся в нос.
Воздух здесь наверняка тоже будет включен в стоимость, ведь он потрясающий. Во дворе уже есть газон. Присев на крыльцо, я решаю позволить себе наглость — снять сандалии.
На фоне августовской жары трава под моими босыми стопами прохладная. Я наслаждаюсь, подставив лицо солнцу.
— Гуд бай, Элис… — Скотт энергично идет по дорожке к своей машине.
Обернувшись через плечо, я вижу Леона на крыльце. Прислонившись к стене, он за мной наблюдает.
Я быстро возвращаюсь назад.
— Я не сильно топталась… — заверяю его.
Машина американца покидает двор, становится очень тихо. Голос Леона в этой тишине звучит убийственно… интимно.
— Что скажешь? — кивает Золотов на газон.
— Первоклассный, — говорю я, суетливо обуваясь.
— Приятно слышать.
— Я сто лет не была за городом, — брякаю зачем-то в ответ.
— Впереди выходные.
— Я не собираюсь за город…
— Есть планы поинтереснее?
Я поднимаю на него глаза и выпрямляюсь.
Он наблюдает за мной, как и в тот день в ресторане. Будто изучает. В том числе своими вопросами. Словно он изучает меня все то время, что мы здесь находимся.
Мне только слегка не по себе, а в остальном — гораздо сильнее — снова это будоражащее чувство. В животе, под коленями.
— Нет… — не желая говорить о себе, я перевожу тему. — Так… это и есть твой проект? — имею я в виду поселок вокруг нас.
— Он не мой. Любой сложный проект принадлежит команде, которая его создавала.
— У тебя хорошая команда.
— Да, хорошая.
— И… кто может позволить себе такой дом?
Вопрос действительно очень меня интересует!
— Тот, кто рискнул, — отвечает Леон ровно.
— И кто же это?
— Предприниматель, — поясняет он. — Тот, кто рискнул однажды и выиграл. Без риска на такой дом вряд ли заработаешь.
— Это справедливо… — замечаю я тихо.
— Согласен.
Мы смотрим друг другу в глаза, и из меня рвется что-то… какие-то слова. Что-то невысказанное…
Невозмутимый, Леон чертит медленный круг на моем лице. Не стесняясь, рассматривает.
Он не умеет смущаться. Не умеет прятать взгляд. Не умеет краснеть.
Но линия его челюсти становится жестче, а взгляд… тяжелее.
Я подхватываю с крыльца сумку, чтобы от этого взгляда спрятаться, ведь, в отличие от Золотова, я прятаться просто обожаю.
Мы возвращаемся в офис в молчании. Точнее, молчу я, а он… почти всю дорогу разговаривает по телефону. В здании Леон выходит на два этажа раньше, дав указание:
— Вызови мне аналитика через час.
Глава 13
Я не сомневалась в том, что мне будет назначен испытательный срок, но не думала, что он составит две недели.
Две недели.
Разумеется, это личная инициатива моего босса. И это очень отрезвляет.
После выходных, которые я провела в компании брата, какая-то слегка окрыленная, это настоящий ушат холодной воды за шиворот.
Разумеется. Почему он должен давать мне больше времени?! Я лишь на секунду обманулась его улыбками. Прищуром голубых глаз, которые ловила на себе. Без враждебности, без… холодности. Он все контролирует. Все! Меня в том числе и всего лишь между делом.
Я смотрю в документы, над которыми занесла ручку. Медлю, зажав бумагу между пальцев, но все же ставлю свою подпись на каждой странице.
Пусть будет две недели.
Во всем нужно искать позитив. По крайней мере, я не чувствую себя ненужной, ведь работы у меня полно.
Переводчик ему и правда необходим, и лучше без выходных.
Я взяла немного работы на дом. Даже себе не могу объяснить — на кой черт?! Чтобы выслужиться? Нет, не для этого. И синдром отличницы здесь тоже ни при чем, как и безграничная любовь к текстам. Я взяла, чтобы в понедельник у него были эти переводы, вот для чего.
Арсений вытащил меня из дома в субботу, пригласил в кафе за свой счет. Мы съели устриц, а потом немного потанцевали на летней веранде парка. Ведь мы оба занимались танцами, школа находилась в пяти минутах ходьбы от нашего дома, так что мама не стала ломать голову и искать нам более оригинальное хобби.