Этот сигнал объявляет наш разговор закрытым. Инга громко хлопает в ладоши, сообщая:
— Я от голода сейчас сознание потеряю.
— Сейчас я вас накормлю… — лениво обещает Макс, имея в виду жену и своего будущего ребенка.
Он отправляется за заказом, и я снова соскальзываю в свои мысли.
В те, где правит балом мужчина, знакомство с которым уже однажды перевернуло мою жизнь. Где я воскрешаю в памяти злость его голоса и колючий блеск его глаз. И мои крылья, то жалкое уродство, которое от них осталось, прожигают на спине футболку.
Сидеть на стекле становится крайне невыносимо.
Я подскакиваю со стула, схватив с пола сумку.
Инга смотрит на меня вопросительно, а я пячусь от стола, поясняя:
— Я ухожу.
— Ты считаешь, это нормально? — Еще шире округляет глаза подруга.
Из меня вырывается рваный смешок.
— Можешь съесть мой суп, — выпаливаю я скороговоркой.
— Какая щедрость.
— Позвоню… — обещаю я, прежде чем вихрем сбежать по ступенькам веранды.
Я шагаю по улице на суперскорости до тех пор, пока не оказываюсь на набережной. К тому времени мышцы на икрах ноют. Парк за моей спиной гудит, музыка играет…
Сглотнув слюну, я кусаю губы и выхватываю из окружающего пространства всякие детали, за которые цепляется взгляд. Вода реки, отблески розового заката на ней…
— Твою мать… — шепчу я, прикрыв глаза.
А после достаю из сумки телефон и набираю сообщение:
«Хочешь составить мне компанию?»
Глава 32
Ждать ответа долго мне не приходится.
Это не удивительно, в конце концов, Золотов не может позволить себе держать телефон под подушкой. Он слишком востребованный человек, чтобы невнимательно относиться к входящим сообщениям, но в том, как быстро я получаю ответ на свое сообщение, чувствую некие расставленные приоритеты.
Это не может не тревожить.
Не задевать натянутые струны моих чувств.
«Сейчас?» — спрашивает Леон.
Отступать уже поздно, так что я сбрасываю ему свою геолокацию и короткий ответ: «Да».
И снова жду.
Всего минута, и Леон предупреждает:
«Мне нужно примерно полчаса».
Я не ждала отказа. Да и согласия не ждала. Я просто делала то, что делала.
И обозначенного им времени недостаточно, чтобы все в моей голове встало на свои места, но хватает, чтобы сотрясающий до этого мандраж улегся.
Я брожу вдоль реки с зажатым в ладони телефоном, а обстановка вокруг просто дышит романтикой: теплый вечер, ласкающий, и такой же вид — нежные тона, красивый чертов закат, но это все не про нас — меня и его, Леона.
Под нами слишком тонкий лед, чтобы быть беспечными, легкими, как те парочки, которые мимо меня проходят. Обычный флирт — и тот для нас минное поле. И единственное, что не позволит этому вечеру стать самоубийством, — это если Леон не будет вести себя как задница.
Я уверена, он и сам это понимает.
Я помахала ему белым флагом. Он должен сделать то же самое…
По факту ему потребовалось чуть больше сорока минут, чтобы до меня добраться.
Я нахожу взглядом его гибкую худощавую фигуру, как только она появляется на горизонте.
Быстрые шаги, знакомая походка. Уверенная, твердая, энергичная.
Леон одет свободно: в объемную футболку, которая скрывает контуры точеного торса, и легкие штаны с карманами. В черно-белые кеды…
Он окидывает меня взглядом. Лицо, волосы, тело. Он предельно собран, а его дыхание немного сбито.
Полметра, которые нас разделяют, — отличная демонстрация того, что мы оба толком не знаем, как друг к другу подступиться. Как не сделать случайную ошибку. Я даже не знаю, сколько у нас попыток. Возможно, всего одна.
Но его взгляд НЕ колючий. Он прямой и серьезный. Еще один намек на то, какое непростое у нас свидание!
Я складываю под грудью руки и смотрю на Леона снизу вверх.
— Я тебя от чего-то отвлекла? — спрашиваю я.
С кокетством, от которого самой тошно, веду плечом.
Голубые глаза Золотова провожают это движение. Переведя взгляд на мое лицо, он проводит рукой по волосам и кладет ее себе на талию.
— Тебе не кажется, что уже поздно об этом спрашивать?
С натянутой улыбкой я сообщаю:
— Ты должен был сказать «нет».
В течение нескольких секунд Леон оценивает происходящее и, когда понимает, что я пытаюсь с ним флиртовать, медленно произносит:
— Давай попробуем еще раз.
Обведя губы кончиком языка, я смотрю в его глаза, говоря:
— Я тебя отвлекла?
Словно самый послушный на свете мальчик, Золотов отвечает:
— Нет. Ты меня не отвлекла.
— И… что ты делал до того, как я написала?
— Пытался быть продуктивным.
— Получилось?
— Как я должен ответить? — просит он подсказки.
Теперь я улыбаюсь не натянуто. Я прячу глаза, пока губы сами собой растягиваются в улыбку.
— Если нужно, соври.
— Я валял дурака.
Он произносит это так, что понять, правда это или ложь, не представляется возможным. А в завершение добавляет:
— Я очень рад, что ты выдернула меня из этого процесса.
— Тогда пошли, — киваю я на парк.
Глава 33
Назвать нашу прогулку уединенной никак нельзя. Мы встречаем достаточно людей, отчего парковая дорожка пару раз показалась узкой.
Чтобы разойтись с идущей навстречу девушкой, я чуть отхожу в сторону и задеваю Леона плечом.
Меня и отбрасывает от него, и тянет обратно. Второе сильнее. Какое-то сумасшедшее магнитное поле, которое не дает увеличить между нами расстояние и заставляет снова коснуться одеждой.
Я чувствую напряжение от того, что наши руки свободно болтаются на расстоянии, которое можно преодолеть одним-единственным незначительным движением, но ни я, ни Леон этого движения не делаем.
Это создает внутри меня напряжение, от которого в животе ноет, а под коленями щекочет.