Это и благотворительность, и расчет. Сейчас в голове присутствует мысль, что я до конца не отдаю себе отчета в том, нахер заполнил «Милю» выпускниками своего университета.
Засунув руки в карманы штанов, я снова смотрю на Макса.
Взяв со стола планшет, он ведет меня к проектору на стене, комментируя:
— Вот так будет выглядеть 3D-макет. Его можно крутить-вертеть как хочешь…
Он водит пальцем по дисплею, меняя положение картинки на проекторе.
— Эффектно, — замечаю я.
— Да-а-а, — тянет Макс. — Сам тащусь. Попробуй… — передает он мне планшет.
Я играю с проекцией, интересуясь:
— Много здесь еще работы?
Посмотрев на часы, Макс слегка кривит лицо:
— Еще на часок. Завтра приеду пораньше, не волнуйся. Все будет по красоте.
— Чем помочь? — спрашиваю я, освобождая карман штанов от телефона.
Я демонстрирую свою готовность задержаться, хрущу суставами пальцев. Макс быстро осматривается.
— Нужно еще один проектор настроить. Я, в принципе, сам могу, завтра…
— Скажи, что делать, — останавливаю я его.
Я ковыряюсь с задачей вполне бодро. Особо сложного ничего, работа чисто механическая. В процессе я узнаю о том, что у Макса через неделю отпуск. Они с женой собираются в Эмираты. Затем мы заостряем внимание на общем знакомом, с которым Высоцкий играет в сквош.
Я провожу в компании Макса час, можно сказать, что я с ним знакомлюсь. Для этого я сюда и приехал, чтобы поближе с ним познакомиться. Мы никогда не общались с Высоцким так плотно. Не выпадало такой возможности, наверное.
Макс извиняется, когда наш разговор прерывает звонок его мобильника.
Оставив меня рядом с коробкой, которую я разбираю, говорит в трубку:
— Да, малыш…
Параллельно Высоцкий тестирует работу колонок, в них играет музыка, так что я перестаю разбирать его слова, как только он отходит на пару метров. Возвращается Макс быстро. Немного суетится.
— Моя жена приехала. Мы собирались креветки есть, я опаздываю, — намекает он на то, что из-за его задержки им пришлось поменять планы. — Спущусь вниз, встречу ее. Пять минут…
Я киваю, перебирая содержимое коробки.
Смотрю на скрученные в узлы провода, когда спустя пару минут по помещению с трехметровыми потолками разлетаются звуки шагов и голоса. Смотрю в коробку, когда эти голоса приближаются. Даже когда Макс представляет мне свою жену, я смотрю в коробку и поднимаю взгляд только после того, как Высоцкий замолкает.
Она смотрит на меня исподлобья.
Молчит.
Мы оба внимаем ее мужу, хотя сам я слушаю его только фоном. Я бы сказал, что зрительный контакт у нас прочный и что фоном Макс становится и для жены тоже — она не реагирует, когда тот целует ее в макушку и отходит, потому что у него снова звонит телефон.
Я вижу, как она скрещивает под грудью руки, предварительно натянув на них рукава тонкой кофты. Как обводит губы кончиком языка и тихо произносит:
— Сюрприз…
Глава 50
Леон
— Действительно сюрприз… — слегка чеканю я в ответ.
Девушка напротив бросает короткий взгляд через плечо и снова возвращает глаза ко мне. Напряжение постепенно стесняет ее движения, хоть она и пытается этого не показывать.
Эта встреча — сюрприз для нас обоих. Если у меня и были догадки, то зыбкие, а сейчас я в буквальном смысле чую кровь.
— Как дела? — спрашивает жена Макса с ощутимым напряжением. — Давно не виделись…
Продолжая ее изучать, я отвечаю:
— Отлично. Что насчет тебя?
— У меня… тоже…
Она изучает мое лицо, это любопытство не скрыть. Мы действительно давно не виделись. Семь лет.
Отыскав глазами Макса, я вижу, что он продолжает разговор, вернувшись в рубку.
Забрав с коробки свой телефон, я протягиваю его со словами:
— Вбей свой номер, Игла. Нам, кажется, нужно поболтать.
На свое былое прозвище она не реагирует, делает вид, что его не слышала. Смотрит на мою руку, позволив отразиться на лице все тому же напряжению. Стреляет тревожным взглядом в мое лицо.
Это лишь доказывает, что поговорить нам есть о чем.
— Вбей, — повторяю я с нажимом. — Не заставляй меня его искать. Тем более я знаю где. Я не про Макса. Я — про твою подругу.
На ее лице что-то вроде испуга, правда, за кошачьими глазами так просто не разобрать, но привкус железа уже забил мне рецепторы.
Я не дружу с интуицией, привык полагаться на факты, но сейчас я просто чую запах крови, потому что в голове пазлы встают на место.
Игла дергает головой.
Снова смотрит на Макса, после чего все же забирает у меня телефон. Ее пальцы со стуком лупят по дисплею. Когда возвращает мне гаджет, крылья ее носа вздрагивают от глубокого вдоха. После этого она отправляется в сторону рубки, не проронив ни слова.
Я кладу телефон в карман.
Не дожидаясь, пока Макс закончит разговор, покидаю здание. Кажется, все, что могла дать мне наша с ним сегодняшняя встреча, она уже дала. Выше всяких ожиданий.
Дождь снова начинает лупить по лобовому стеклу, пока я набираю жене Высоцкого сообщение в мессенджере.
Я назначаю встречу на понедельник. В любое удобное для нее время после двенадцати дня. Мое сообщение прочитано через секунду.
Она называет какой-то греческий ресторан, его локация мне подходит.
Я не жду, пока поток на лобовом стекле прекратит ломать дворники и облегчит видимость. Трогаюсь с места.
Мысли сверлом ломают башку, но побеждают в итоге те, которые ко встрече в выставочном центре никакого отношения не имеют. Когда я возвращаюсь домой, меня упорно долбит только одна мысль: как долго наша «ссора» продлится?
Ее упрямство, мое упрямство — это становится соревнованием, которое можно закончить только одним способом: кто-то из нас должен сделать первый шаг. То есть к исходу третьего дня я понял, как ЭТО работает — очень, на хер, просто. Кто-то должен уступить, вот как это работает.
Верю ли я в то, что первый шаг сделает Алиса?
Я смеюсь, запрокинув голову.
Нет, я не уверен. Как раз от этого на место раздражения приходит адреналин.