Глава 58
Меня парализует не паника, а непонимание, насколько большую угрозу представляет этот человек.
Возможно, это я для него угроза, потому что моя решимость показывать всему миру зубы, родившаяся не так давно, в это мгновение достигает своего пика. Мое желание сопротивляться, драться, быть сильной, колючей и ядовитой к любой угрозе сейчас делает меня суперчеловеком! По крайней мере, так это ощущаю я, а как это в действительности, я, мать вашу, не знаю! Но я вырываю свой локоть с такой силой, что он бьется о стену лифта, и разворачиваюсь к двоюродному брату Леона лицом.
Высокий, худощавый. Без синих волос, пирсинга и тату — Ваня чуть измененная копия Леона, только глаза у него зеленые. И спустя семь лет он выглядит дерьмово. Старше своего возраста, нездорово, у него явные проблемы с зубами…
Ваня тут же снова хватает меня за локоть, и я понимаю, что эта болезненность обманчива. Как и худоба. Он сильный.
— Не суетись, — с цинизмом и наглостью цедит он.
Я не знаю ни одного приема самообороны. Не помню ни одного совета, как себя защитить, я только смотрю в глаза Вани и рычу:
— Отвали!
Двери открываются на третьем этаже меньше чем через минуту. Я снова вырываю локоть и выскакиваю. Я не надеюсь, что Ваня отстанет, я просто хочу выбраться из лифта, я никогда в жизни не проверяла лифты на прочность, ни в детстве, ни в переходном возрасте, и сейчас не собираюсь.
Я рвусь к дверям своей квартиры, но взяться за ручку не успеваю — Ваня хватает меня за футболку на спине, а потом дергает за волосы…
Вскрикнув, я начинаю лупить его руками и ногами. Остервенело, с рычанием и злостью. Этот захват оказывается для меня красной линией, за которой у меня находится аффект!
Ваня выпускает мои волосы и толкает к стене.
— Сука! Блядь! — орет он, стирая кровь с расцарапанной щеки. — Я тебе нос сломаю! Замри, нахуй!
У меня в ушах шумит, я колочусь, с бешенством глядя в его глаза.
— Овца… — рассматривает он кровь на своих пальцах, прижимая мое плечо к стене. — Тварь… пиздец…
Я смотрю на него, в любой момент готовая начать сопротивляться. Его угроза меня не пугает. Я готова сопротивляться!
— Понравился мой подарок? — сгребает Ваня футболку у меня на груди в кулак.
Я впиваюсь пальцами в его запястье.
Его подарок?
— Это ты прислал голубя? — спрашиваю я.
— Да, — смеется Ваня. — Меня попросили передать тебе привет от «Пятачка». Понравилось?!
— Кто попросил?
— Парни. А ты че, намек не поняла? «Ты бесишь. Свали», — расшифровывает он. — Если не свалишь, будет хуже.
— Я поняла… — говорю я, сглотнув слюну. — Это все?
Он трясет головой.
Мы оба напряжены: его рука будто железная, мои собственные пальцы, которыми я в нее впиваюсь, кажутся мне такими же.
Это напряжение тянет энергию из всего тела, и у Вани этой энергии явно больше.
Я даже не знаю, в себе он или нет. Я не могу определить, Ваня всегда был пугающе ненормальным или делал такой вид. Ему нравился весь этот дерьмовый эпатаж, я старалась держаться от него подальше…
В ответ на мой вопрос в его глазах появляется злость.
— Нет, не все! — повышает Ваня голос. — Я ищу Иглу. Мне сказали, ты знаешь, где она сейчас.
В этот момент я понимаю, что он НЕ в себе. Его вопрос осмысленный, но движения заторможенные, хоть и цепкие. Взгляд бегает…
— Кто она? — переспрашиваю я сипло, потому что не понимаю, что он несет.
Ваня поднимает с пола мою сумку, хватает ее, с силой прижимает к моей груди, заставляя меня лопатками и затылком удариться о стену. Я шиплю.
— Твоя подруга, — рявкает он. — Номер ее дай. И адрес.
— Зачем?
— Не беси меня, — предупреждает Ваня. — Я за тобой три дня хожу. Телефон достань.
— Леон… — произношу я, собираясь использовать это имя как щит.
Но едва Ваня это слышит, он сразу становится злее, только я чувствую, что моя угроза сработала. Это имя делает его злым, но вместе с тем и отрезвляет. Он играет желваками, но не торопится творить дичь! И еще он начинает спешить.
— Мне на него похер. — Ваня начинает рыться в моей сумке сам. — Давай, блядь. Адрес, телефон!
Я бью его ногой по голени и толкаю.
Мне нужна всего секунда, и она у меня появляется. Как в перемотке, я снова рвусь к двери своей квартиры и дергаю за ручку. Она поворачивается — меня ждали, и я кричу, успев открыть дверь:
— Арс!
Брат появляется в коридоре мгновенно, ведь мой крик слышно на два этажа. На шее Арсения висят наушники, он в одних трусах, смотрит на меня ошарашенно.
Я вскрикиваю, когда мои волосы снова оказываются в кулаке Вани.
Я борюсь с ним, опять оказавшись в коридоре.
Хватаю его за футболку сзади, не позволяя отреагировать на появление моего брата в дверях. Я боюсь, что Ваня его ударит, он сильнее!
Я срываю с Вани бейсболку, набрасываюсь на его шею сзади.
Моих усилий становится достаточно, чтобы Арсений залил его глаза содержимым перцового баллончика, когда они оказываются лицом к лицу.
Ваня падает на пол и воет.
Я отскакиваю, толкаю Арса к квартире. Выдергиваю из-под Вани свою сумку. Он полностью дезориентирован, делает пару попыток подняться на ноги, но бесполезно.
— Вот падла… — Арс тянет руку к моим волосам, они наверняка торчат сбоку.
Я роняю слезу — это шок. Принимаюсь трусить свою сумку, выдавливаю:
— Зайди!
Арсений сопротивляется, тянет меня за собой в квартиру.
— Нет… — я вырываю руку. — Зайди и закройся изнутри, — говорю быстро и с нехваткой кислорода. — Давай, Арс!
— Да куда ты?! — психует брат.
Я стираю дрожащей рукой слезу со щеки.
— Мне нужно… отойти…
— Ты в состоянии аффекта, что ли, Элис?!
— Зайди… — снова толкаю его в квартиру. — Я… я сейчас позвоню Леону… Это его брат. Закрой дверь! Мне нужно отойти!
Я не хочу вызывать полицию, потому что… возможно, Леон этого не хочет!
Арс смотрит возмущенно, но подчиняется — хлопает дверью. Щелкает замок.