- Да…, - Прознесла Анжела несколько отвлеченно. - Но у него было такое красивое тело! Такое только в кино бывает.
- Ты опять?
Вероника негодующе скривилась. Презрение вновь явственно проступило на ее лице.
- Нет. – С извиняющейся улыбкой произнесла Анжела. - Просто ищу причину, чтобы оправдать свое временное помешательство. Признайся, тебе ведь тоже нравятся красивые мужчины?
- Только на обложках журналов. Исключительно на обложках! – Веронику нервно передернуло. - После того случая с Тоней, помнишь я тебе рассказывала, я на красивых мужиков даже глядеть не могу. Понимаю, это неправильно, в конце концов, никто не выбирает с какой внешностью ему рождаться, но все равно. Красивый мужчина редко обделен женским вниманием, и со временем у него начинает формироваться культ своего «Я». Он начинает думать, что он центр вселенной, и ему все позволено, и море по колено. Терпеть этого не могу.
- Мне кажется, ты перегибаешь палку. На самом деле все не так плохо.
- Может, и не так. – Вероника нахмурилась и грустно взглянула на Анжелу. – Но со дня Тониной смерти я дала себе слово никогда не покупаться на красивую обложку, не изучив предварительно ее содержание. И еще ни разу не пожалела об этом.
- Ну, хватит. – Анжела ласково взяла подругу за локоть. – У нас было такое хорошее настроение. Не нужно его портить! Давай лучше поболтаем о чем-то приятном или сходим в наш магазин и купим печенья. Хочешь сладкого?
- Не особо. - Вероника не был сладкоежкой. Недостаток, который Анжеле было особенно сложно простить. - Расскажи лучше, как ты рассталась с суперменом, это уж точно меня развеселит.
- Если честно, то я ему еще ничего не сказала. - Тень смущения пробежала по лицу девушки.
- Почему? – Глаза Вероники буравили лоб Анжелы. – Оставляешь себе время на размышления?
- Нет, что ты! - Голос звучал убедительно. - Просто их перевели на другой объект, а выходные мы провели со Славиком. Я вечером ему позвоню и все скажу.
- И как это будет звучать? – Не без интереса осведомилась Вероника.
Анжела подумала несколько секунд, потом все же была вынуждена признаться:
- Еще не знаю. Не хочу ему ничего объяснять. Скажу, наверно, что уезжаю в длительную командировку, так наши отношения сами собой закончатся.
- Почему не сказать ему прямо?
Это действительно был хороший вопрос, но как Анжела ни старалась, она не могла найти на него ответа. Мысль о таком разговоре вызывала у нее какой-то неопознанный страх, причину которого она определить не могла.
- Не знаю, но мне почему-то страшно не хочется этого делать. Глупо, да?
В смущенном взгляде Анжелы явно читалась просьба о дружеской поддержке, пусть и без понимания.
Вероника пристально посмотрела подруге в глаза, слегка нахмурилась, но настаивать не стала:
- Не хочется и не надо. Главное, что для себя все решила.
Она взглянула на часы и торопливо допила свой чай.
- Ладно, Энжи, - Наспех оглядев себя в зеркале, проговорила она, - потом договорим. У меня проект с призовыми номерами горит, а мы тут с тобой совсем заболтались. Вечером созвонимся, хорошо?
И поцеловав Анжелу на прощанье, Вероника побежала в свой отдел.
Анжела же, наоборот, неторопливо взяла свою чашку с чаем и подошла к окну. Напротив красовался свежеотреставрированный особняк, только несколько дней назад покинутый бригадой рабочих. Анжела смотрела на него и вспоминала свой недолгий сумасшедший роман. Свою безудержную влюбленность, свою ревность. К Славику она чувствовала совсем иное. Ей было хорошо рядом с ним, словно в теплый летний день ее заливали нежные лучи прекрасного солнца. Она подставила этим лучам свои ладони, и они постепенно полностью заполонили ее, наполнив до краев теплотой, лаской и заботой. Она видела его любовь, чувствовала ее даже тогда, когда его не было рядом. Это было волшебное ощущение. Ей не нужно было больше бояться, тревожиться, что он не позвонит, не придет или вообще куда-то уедет. Она знала, что он будет рядом всегда, так же, как солнце всегда будет светить с неба, единственное и неизменное на все времена.