— Больно, — кричала я, сильно сжимая какую-то ткань в руках.
— Открой глаза! Открой! — приказывали мне.
— Это я, Крис, принцесса, это я! — он говорил мне, прижимая свои ладони к моим щекам.
Диким и ошарашенным взглядом посмотрев на него, я ничего не сказала, и от полной неожиданности, и болевого шока я потеряла сознание.
Теплое солнышко грело мое лицо. Так приятно снова чувствовать тепло. Спина еще болела, по понятным на то причинам, и вспоминать мне было это страшно. Со Стивом теперь все раз и навсегда покончено.
— Мисс Элисон? Как вы себя чувствуете? — медсестра сидела рядом и листала какой-то журнал. На вид молодая девушка с короткими черными волосами, ярко голубыми глазами, и с родинкой около верхней губы с правой стороны.
— Можно воды? — спросила я. В горле ужасно пересохло.
Мне тут же подали стакан воды, и как только я хотела спросить про Криса, мне тут же ответили:
— Мистер Элисон сейчас подойдет. Вам повезло с таким доктором… он не отходил от Вас два дня, — говорила медсестра, а я же была не удивлена. На его бы месте я так бы и поступила. Я бы тоже не отходила от него.
Стоило мне только снять рубашку для того, чтобы обработать раны, Крис зашел в палату, и выронил из рук свои бумаги.
— Принцесса, — улыбнулся он.
— Я тоже рада видеть тебя, — ответила я с такой же довольной улыбкой, как у него.
— Энн, ты можешь быть свободна, я сам обработаю ей раны, — сказал доктор Элисон с явным огнем в глазах.
Девушка словно загипнотизированная, посмотрела сначала на Криса, потом на меня, а затем вышла, негромко прикрыв за собой дверь.
Он молча подошел ко мне, взял в руки бинты и какую-то жидкость и начал медленно выполнять свою работу. Щипало раны жутко, но Крис, как настоящий джентльмен, начал дуть на них, как папа в детстве.
— Ты в порядке? — спросила я.
— Как видишь, жив, здоров и теперь счастлив.
Он положил свою руку на мое оголенное плечо, а я в ответ положила свою руку на его руку.
— Прости меня, Крис. Я такая идиотка, — сказала я.
На что он рассмеялся и подтвердил мои слова. И пока мы смеялись и называли друг друга «идиот» и «идиотка», как это по-родственному, скажу я вам, Крис закончил обрабатывать мою спину.
— Как там…? Все ужасно? — спросила я.
Крис подал мне зеркало, и увиденное меня вновь разочаровало.
Моя спина была в рубцах, царапинах и шрамах, я была уродкой, теперь это мне будет напоминает о Стиве. Каждый шрам, каждая царапина на спине.
— Ты прекрасна, Никки.
— Не ври хотя бы сейчас, Крис! Ты видишь это? Видишь какая спина? Какие шрамы? Это ужасно! И это никогда не пройдет! — глаза начали наполняться слезами.
Конечно, каждая бы девушка разрыдалась от такого ужаса на спине, когда нет ни одного живого места, когда малейшее движение доставляет адскую боль, когда даже не можешь вздохнуть нормально, боль не уходит.
— Я похоронил тебя, целый месяц я думал, что ты умерла, именно столько ты была там, потом, когда Стив пришёл ко мне и сообщил что он сделал с тобой, я сначала не поверил, но потом когда он показал твои крылья… Я будто сорвался с цепи, я… — Крис говорил много и очень эмоционально, я понимала его чувства. Но, сейчас, я очень соскучилась. Поцеловав его, я на несколько мгновений забыла о боли. Месяц… месяц не знать о том, жив ли твой любимый человек, это слишком жестоко… когда я узнала о том, что Крис будто бы умер, я готова была пойти на все, лишь бы вернуть его.
— Дана… я помню, что она пришла за мной и… — я осеклась — она жива?
Крис выдохнул, и слабо улыбнулся.
— Да, все в порядке с ней, она… спасла тебя, и я не ожидал, что она пойдет на такое.
А я наоборот, пусть мы с ней и не особо ладили, и готовы были убить друг друга, она бы пришла спасти мою жизнь, так же, как и я ее.
Сердце прыгало от счастья, Крис жив, он цел и невредим, я жива, и только Бог знает, сколько мы проведем время в кровати, когда меня наконец выпишут от сюда.
— А что теперь… со мной? Мои крылья, и отец Стива говорил о том, чтобы забрать мои силы — я потерла переносицу.
— Он не совсем успел забрать твою силу, но какую-то часть, все же забрал, — он вздохнул, — этого вполне достаточно, чтобы уничтожить всех и вся.
Ладно, у нас теперь достаточно времени, чтобы обсудить все происходящее, сейчас же мне хотелось только одного, я протянула к нему свои руки, он улыбнулся и сел рядом. Я наслаждалась его взглядом, его теплыми руками, и бархатным голосом. Боже! Эти сладкие губы сводят меня с ума. Он и только он… может меня успокоить, дать почувствовать себя маленькой девочкой, которой так необходима поддержка, так необходимо спокойствие. Крис не отпускал мои руки.