— С тобой все будет хорошо, ты же мне веришь? — тихо спросил Крис, будто бы боялся, что нас кто-то услышит, хотя никого не было в палате.
Я молча кивнула. Внезапно для самой себя, я ощутила подкатывающие слезы. Я слишком долго старалась быть сильной, смелой и храброй, и все ради чего? Чтобы Тот, кого я люблю вырвал мне крылья? Тот, ради кого я готова умереть, предал меня? Тот, ради кого я жила и живу… мог вот так убить меня? Крис как наркотик. И я зависима от него. Пусть мы брат с сестрой, пусть! Мне плевать на правила этой жизни! Она и так слишком сильно искалечила меня. Слезы тихо скатывались по щекам, падая на руки.
— Что теперь будет с нами? — спросила я, пытаясь взять себя в руки и не разрыдаться.
— Ты знаешь, что я за тебя убью любого, и никто не помешает нам жить спокойно. С нами все будет в порядке.
Теперь, когда у меня нет крыльев, я бесполезное существо, которое поскорее нужно убить, чтобы Рай и Ад наконец успокоились и жили в своем обычном режиме.
— Мне нужно умереть, чтобы ты смог… вы все… вы должны жить, понимаешь? — начала я и без того трудную тему для разговора.
— Больше никогда не произноси при мне этих слов, мы прошли через такое… что даже трудно поверить в то, что мы живы, — Крис рассмеялся, — мы будем жить.
Немного помолчав, я попыталась встать с кровати, но это оказалось не так-то просто.
— Скоро тебе придется еще вколоть обезболивающее, — тихо произнес Крис.
Несколько дней были на удивление спокойные и тихие. Крис все время был со мною рядом, даже спал на одной кровати со мной. И мне было хорошо, когда он рядом, все кажется тихим и спокойным. Но с самого утра, мое чутье мне говорило, что обязательно что-то должно произойти.
— Давай-ка сменим повязки, — Крис стянул с меня больничную рубаху.
Стоя перед ним почти обнаженной, не считая своих трусиков, я все же чувствовала какую-то скованность. Хотя вспомнить, что мы делали… от этого бегают мурашки. Да, я хотела его, но…
— Все гораздо лучше, чем я думал, — Крис оборвал мои мысли.
Пока он обрабатывал мою спину, и все тело от ссадин и царапин, я наблюдала за ним, за то как он бережно это делает.
— Я люблю тебя, — вдруг сказала я. Клянусь, эти слова сорвались с моих губ неожиданно.
Крис замер, смотря в мои глаза, в них читалась нежность, и нечто большее… чем просто любовь.
Резко встав, Крис притянул меня к себе, впиваясь в мои губы жадным и страстным поцелуем. Из моих губ вырвался тихий стон, и спустя мгновение, я уже сидела на Крисе, крепко впиваясь пальцами в его плечи.
— Пожалуйста, — шептала я, отрываясь от его губ.
Его руки скользили по моему телу, не задевая только спину, и о Бог мой, какие его пальцы были мягкие… и такие родные. Как я скучала по ним.
Наш разговор прервал парень, который в спешке вбежал в палату и громко хлопнул за собой дверь.
— Кэм, я же просил тебя, — возразил Крис.
— Прости, но времени больше нет, он здесь, — пробормотал парень.
Крис нервно вздохнул, крепко сжал мою ладонь, да так, что костяшки хрустнули.
— Что происходит? — спросила я смотря то на него, то на Кэма.
— Никки, — произнес Крис, — это Кэм, и он будет с тобой, пока я не разберусь тут со всем.
Как будто бы я не знала, кто он…
— Привет — он кивнул головой в мою сторону, от чего мне стало не по себе.
— А где буду я? — наивно спросила я.
— Тебе придется пойти… к Асмодею, но прежде чем ты начнешь говорить о том, что это плохая идея и что ты к нему не пойдешь, я скажу, — он выдохнул, — Стив ищет тебя, он по-прежнему хочет тебя убить.
Его слова так больно вонзились мне в голову, что даже стало трудно дышать. Стив снова хочет убить меня.
— Врата закрываются, — сказал Кэм, дав нам понять, что нужно торопиться.
— Послушай, принцесса, — Крис помог мне встать, он дал мне свою футболку, мои вещи странным образом исчезли. И я понятия не имею, где они и что с ними, — ты сейчас пойдешь с Кэмом вниз, а я приду, как только смогу, обещаю, что это будет недолго.
Я не успевала вставить хоть одно слово против, они оба меня перебивали.
— Мне велено не отходить от тебя ни на шаг, даже когда ты будешь рядом с Асмодеем, я буду рядом, такова просьба Криса, — промолвил Кэм.
— А меня в этой чертовой жизни хоть кто-нибудь спросил, чего я хочу? — взревела я.
— Никки, не вынуждай меня злиться, ты знаешь, что это может плохо кончиться.
Я молча прошла мимо Криса, больно пихнув его плечом, обошла Кэма и стоило мне только открыть дверь из палаты, как лампочки все взорвались, и начался страшный гул по всему помещению.
— Он близко, — Кэм посмотрел на Криса испуганными глазами.
Но он не боялся, нет. Он боялся, что мне сделают больно. Я это чувствовала.