В общем, вот оно, главное развлечение сезона: венговка «из своих», ее муж, который должен рассказать про разные ужасы, которые проделывают с мужчинами и, а вот об этом я специально не предупредила, второй муж! Причем родом с Венги, классический местный уроженец. Повеселим народ, сплетнями обеспечим на год вперед.
К нам, в мою бытность на этой работе, иногда заходили поболтать бывшие сотрудники — кто-то переехал в другой город, а иногда даже в другую страну, а здесь оказался проездом и захотел навестить знакомых (читай — похвастаться), кто-то работает уже в другом месте и в гости заглянул с той же целью — пообщаться. Так что меня здесь точно ждут, тем более с такими экзотическими рассказами.
Наш визит я подгадала к послеобеденному времени, да еще и в пятницу. Думаю, вряд ли кто на меня обидится, если рабочая неделя закончится так оригинально и весело. Позвонила подружкам, предупредила: «Ждите!», узнала, что наш Сан Саныч как раз на месте. Точно будет весело, юмор у него простой, солдатский, а по вытряхиванию из тебя жизненных подробностей он главный специалист.
Мое появление вместе с двумя красавцами производит необходимый эффект. Причем нас вдвоем с Крисом еще могли ожидать, а вот кто третий… Крис прячет усмешку, Эмиль абсолютно спокоен, по крайней мере, внешне. Нет, объяснять сейчас по дороге ничего не буду, дождусь общего сбора.
Заглядываю к девчонкам, машу им, чтобы присоединялись. Миг изумления, потом восторженные вопли и, точно, Кристиана рады видеть живым и здоровым еще больше, чем меня. Ну, вот здесь я точно не ревную, только радуюсь его способности очаровывать всех вокруг.
Народ начинает собираться в комнате отдыха, Крис уже быстро расстилает скатерть — самобранку: экзотические фрукты, закуски, он сварил тайшу — попробовать; вино мы купили уже здесь, не зря его на Венгу завозят, а не вывозят. Но главное блюдо — это мы втроем.
Не дожидаясь остальных, к Крису буквально прилипает Даша:
— Живой, надо же! Мы уже и не ожидали тебя увидеть, про вашу планету обычно такие ужасы рассказывают! Дай, хоть потрогаю тебя, что ли, — она виснет у него на шее.
Кристиан делает очень серьезное и скорбное лицо, чувствую, сейчас будет очередное представление.
— Даш, вот ты сейчас до меня дотронулась, а по нашим законам моя жена и госпожа должна меня теперь убить, причем медленно и мучительно. — Дашка растерянно смотрит на него, потом переводит взгляд на меня — неужели это правда, что же она наделала?
Крис, не давая ей опомниться, продолжает:
— Мужчины обязаны ходить в полностью закрытых одеждах, лицо тоже закрыто, только глаза видны. Не дай бог открыть свое лицо перед чужой женщиной — сразу казнь, медленная и мучительная. Здесь мы с Эмилем просто очень странно смотрелись бы в таком виде, поэтому мы в привычной вам одежде. А там положение обязывает. Вот, Эмиль, подтверди!
Эмиль смотрит на меня, видимо, у него в голове идет борьба между абсурдностью утверждения и привычкой подчиняться приказам. К тому же, если Старший говорит, а госпожа не опровергает, значит, это для чего-то нужно? В общем, Эмиль тоже кивает, подтверждая.
До коллег, так и прилипших к стенкам с открытыми ртами, и до главной виновницы этой сцены медленно доходит:
— Да ты гонишь! Блин, а я ведь купилась, уже и не знала, что Анютке предлагать, чтобы тебя спасти!
— Здорово я придумал? — бессовестно ржет Крис.
Я тоже уже не могу сохранять серьезное лицо, давлюсь от смеха:
— Вот теперь вы представляете, как я живу? Как на пороховой бочке, поставленной на минном поле — не знаешь, откуда рванет.
Крис отсмеялся, вытирает слезы:
— Дашуня, прости, пожалуйста. Вот такая я сволочь. Просто все так на нас смотрели, как будто искали как минимум еще одну голову или хвост, вот меня и понесло…
— Ну, я, кажется, уже поняла жительниц вашей планеты, если там такие шутники, как ты, еще встречаются… Я бы съездила, пару уроков-то порки взяла, — мстительно щурится Даша.
— Давай-давай, прилетай в гости, наглядных пособий нам хватит. А как твой муж будет рад новым ощущениям, когда ты обратно вернешься, как он меня за эту науку любить будет! — приободрила ее я.
Пока мы с Крисом издевались над любимыми коллегами, подтянулись остальные. Сан Саныч сгреб меня в объятия, потом оценил диспозицию, включил режим «Старый солдат» и подсел к Крису: