Костя ощутил резкий скачок сил а потом такое же резкое их падение, а вокруг девушки создался кокон, в котором та начала медленно меняться. Трансформация занимала много времени, словно в насмешку над причиной, по которой она понадобилась.
— Странно, это слишком долго. Даже уважающие священное право на трансформацию волшебниц темные феи уже бы напали, устав ждать — Медленно произнесла Салла-Бренна с интересом смотря на аномалию.
Ну, никто и не обещал что все пройдет легко. Изначально были известны две жирные проблемы, которые должны были помешать этому случиться. Наверное, даже можно радоваться тому, что она вообще начала происходить или же тому, что девушка так быстро ее смогла запустить.
Кокон был абсолютно непрозрачной и мягкой голубой стенкой с вкраплениями красных точек то тут то там, будто он заболел ветрянкой. Это тоже не нравилось Салла-Бренне, но она хотя бы могла заметить причину этого — сам ее «ученик» обладает такой особенностью. Она не знала что это значит, но раз он светлая фея, то ничего такого.
Связанный с этим странный явлением Костя почти что осознавал реальную причину. Несмотря на то, что произошло с Адой, в ней так мало веры в чудо, что она просто не может закончить трансформацию самостоятельно, застопорившись в вечном сне куколки, так и не ставшей бабочкой.
Может, именно это и имела в виду Салла-Бренна, говоря что та не девственна? В любом случае, видимо действительно сама судьба свела девушку, которой нужна помощь, и парня, что мог эту помощь дать ей напрямую.
— Если так будет каждый раз, то меняем план и ищем новую девушку. Эта бесполезна — Не избавившаяся от объективации в сторону людей, высказала свое твердое мнение фея. Но в данном случае ее даже можно понять. Кому нужна пушка, которая может стрелять лишь когда ее может обслужить лишь один особо удачливый канонир?
Костя уже почти ставшим привычным посылом преобразовал свою руку в хоботок. Но его "иголка" не была достаточно тонкой а потому не проникала сквозь препону магии, окружившей девушку. Парню пришлось не только пользоваться тем, что ему дали, но и наконец-то подключать мозги.
Он, сосредоточенно смотря на руку, начал пытаться сделать хоботок еще острее и тоньше. Это получалось с большим скрипом, ведь до этого он пользовался лишь проявившимися в мозгу шаблонами. Он же даже не думал, что их можно в определенных пределах менять!
Но каждое препятствие должно сопровождаться новыми знаниями, и это было не исключением. Тончайший хоботок, к тому же еще и длинный, не получалось получить одно без второго. Его живое копье казалось превосходило по длине само его тело. Все, ради того, чтобы достигнуть скрывшейся там девушки.
Один укольчик и он чувствует попадание, ощущение чужой плоти и переданной по связи фея-волшебница боли слились воедино, будто бы он сейчас лечил сам себя при этом сам же собой.
Он начал вводить свою силу, медленно дозируя ее поток и количество. Ведь подключившаяся к делу Салла-Бренна очень сильно напирала на осторожность в этом вопросе.
Ядреная смесь трех сил, светлой, темной и красной прошли по длинному хоботку и впрыснулись в тело девушки, которой так не хватало чуда. И остановившийся процесс пошел, беря резкое ускорение. Настолько ускорившись, что кокон просто взорвался, обдав всех присутствующих тут же начавшей испаряться в окружающее пространство густой магией.
И они, после сошедшего магического тумана, увидели ее. Аделаиду. Вот только то что получилось заставляло Костю нервно дрожать, а Салла-Бренну еле сдерживаться, чтобы не уничтожить эту «волшебницу» на месте.
Глава 17. Гостья из другого плана бытия и незаметная блошка
— Эм-м, а что вы так на меня смотрите? — Произнесла чуть исказившимся голосом завершившая свою трансформацию Ада. — Со мной что, что то не так?
Это было мягко сказано. Неверие девушки, столкновение с демоническим конем, оставившим свой след и последовавший далее коктейль из неочищенной маны Кости привели к довольно удручающему результату для того, что хотел бы увидеть девочку-волшебницу. Или же великолепному, если кому-то нужно было красивое порождение ужаса.
Первым, что бросалось в глаза, были скрученные в круги рога, удобно расположившиеся вокруг головы, прикрывая ее с двух сторон и отлично подчеркиваемые натуральным рыжим цветом отросших до лопаток волос девушки.
Чуть удлинившиеся уши были меньшей из проблем, но вот взгляд глаз вряд ли кого мог оставить равнодушным. Прямые горизонтальные зрачки на зеленой радужке вместе с черной склерой создавали странное ощущение, что вроде как стильно и красиво, а вроде надо срочно бежать в церковь.
Кожа была пепельно-серой, будто девушка решила принять ванную из золы. Трансформация была слишком радикальной, даже в сравнении с Ноной, Аделаида действительно была соблазнительным чертом.
Ведь это был далеко не последний признак ее «демоничности». Еще оставались ноги, теперь до высоты колена покрытые рыжей шерстью и там где раньше были стопы, заканчивающиеся копытами. Девушка еще не заметила всех интересных особенностей своей трансформации, Костя лишь держал свои руки поближе к ушам. Слишком часто в последнее время девушки рядом с ним кричат.
И, что не маловажно, у Ады тоже были крылья. Не декоративные, спертые у летучей мыши, как у Ноны, а огромные, кожистые, черные, похожие на то, что обычно рисуют у птеродактилей. Пусть они и были сложены, но острый коготь, горящий своей абсолютной белизной во сне, сразу говорил, что подходить к ним опасно.
Однако, словно в насмешку над всем своим внешним видом, пришедшая из самого ада демоница все еще имела розовый костюм с сердечками, щедро разбросанными по его поверхности. Все что изменилось это декольте, которое кричало о том, что одно неверное движение и все выпадет, и значительно сократившаяся длина юбки.
Это было, наверное, даже в чем-то комично, что платье лишь немного поменяло дизайн и стало эротичнее, в остальном оставшись тем же самым «не крутым и излишне девчачьим», а тело перелопатило так, что узнать девушку было почти нельзя.
Однако же, проверять самое странное изменение, которое сразу бросалось в глаза у Ноны, Костя посчитал слишком вульгарным и стыдным. Предпочел думать, что все там в полном порядке. Ведь если нет, девушка же даст это понять. Ведь даст же?
Салла-Бренна, создав зеркало для интересующейся, что же не так девушки, повернулась лицом к Косте. И взгляд ее был очень подозрительным.
— Даже если ее сердце было испорчено сильнее, чем у самого страшного маньяка, мы бы не увидели такую трансформацию. Но у тебя уже выходит вторая подобная. Потрудись-ка объяснить!
Прекрасно было ясно им обоим, что ответа нет. Но фея его хотела, даже не так, требовала. Она хотела быть героиней и на плечах своего ученика вернуться домой, совершив подвиг.
Нона же стояла в возмущенной оскорбленности. Ей было плевать на то, что случилось с телом девушки, ее больше интересовал костюм! Да, она бы такого стыдилась, но он такой милый и игривый, она бы хотела такой всем сердцем! Так что ее наметанное зрение швеи уже начало подмечать мелкие детали и решения, которые имел этот сборник оборок, рюшек, бантов, сердечек и розового.
Сама же Ада не знала, как именно не упала от того, что ей открылось в зеркале. Та еще страхолюдина на первый взгляд! Еще и зубы все острые, будто она какой-то сверххищник!
Девушка сосредоточенно ощупывала себя. Особенно задерживаясь на частях, которые ей точно не были предназначены природой. Она перенесла все это намного более стоически, чем та же Нона, так что Костя к эмоциональной реакции готовился очень даже зря.
Как и в случае с девушкой, что сейчас активно трогала чужое платье, характер волшебницы тоже подвергся воздействию. Она будто излучала покой и рассудительность. Могло быть хуже? Могло, очень даже легко. Тогда смысл жаловаться?
Единственное, что ей действительно мешало, это длинные ногти, почти ставшие когтями. Они выглядели угрожающе, настолько, будто могут свободно летящую ткань с легкостью перерезать. Только трогать теперь что-то ими было не слишком удобно, они постоянно норовили воткнуться, но девушку будто останавливал от непоправимого какой-то рефлекс.