— Пока что не за что.
Глава 21
За весь тот месяц, что я лежал в больнице, Яна больше ни разу не приходила. Я проклинал себя. Вот зачем нужно было прогонять ее? понятно же было, что ей и правда нужно время. На ее долю много всего свалилось и сразу в одно время. Нет, я, чертов эгоист, тогда думал только о себе. Конечно, произошедшему поспособствовал фактор обезболивающих, но это не отменяет, что я сказал ей уйти. И это больше всего меня гложет.
Хотя одно было хорошо. Она сказала, что мы квиты, а это могло означать только то, что она простила мне случай с изнасилованием. Хотя это очень громко сказано. Каждый раз себе говорю это, и оказывается неправдой. Просто Яне надо восстановиться и прийти в себя. И я знал, как это сделать. Раз Наталья с Яной живут вместе, то мне показалось неплохой идеей отправить их вдвоем на Мальдивы. Там море, солнце и уединенное место. Отличное место для восстановления сил, энергии и внутреннего равновесия. Надеюсь, этого будет достаточно, и я смогу с Яной двинуться дальше. Очень хочу и мечтаю, чтобы у нас с ней были отношения. Все сделаю для того, чтобы они были идеальными.
На следующий день после того, как я принял решение отправить девочек на острова, пришла Наталья. Она приходила ко мне каждый день. Приносила фрукты и рассказывала, как дела у Яны. Мой ангел очень переживала за сестру, но идти к ней никак не решалась после всего произошедшего. И я искренне сочувствовал. Ума не приложу, каково это, когда родная сестра подставляет тебя подобным образом. Конечно, это все ряд случайностей, которые и привели данным событиям. Эльвира не хотела, чтобы с Яной приключилось все это. Я видел это в ее глазах в тот день когда привел ее к себе в дом и увидел, что их две. Она очень переживала за Яну и готова была открутить мне голову на месте. Но все же что-то останавливало мое солнышко. Видать, дело не только в этом. Ведь у них отношения испортились задолго до этих событий.
Я тяжело вздохнул. Как же сильно хотелось увидеть Яночку. Месяц не видел, а скучал неимоверно. Но рискнуть позвать ее сюда не решился. Ужасно боялся отказа. Думал, если услышу «нет», то это навсегда. И я больше никогда не увижу синеву моих любимых глаз.
Когда же рассказал Наталье про путевку, она неимоверно обрадовалась и сказала, что сообщит Яне сегодня же. По сути, Наталья пока не могла одна никуда лететь. А до тех, пока я не выйду из больницы и не оформлю над ней опеку, она вынуждена быть несамостоятельной. Потом же мы должны добиться для нее свободы. Сейчас попечение над ней взяла полиция. Яне же можно будет вылететь за границу после суда над шайкой Коляна, а это минимум еще месяц. Когда надо будет лететь, сделаю официальное разрешение для Натальи, и во время отдыха за ней будет смотреть Яна. По-моему, план идеальный.
Я его озвучил Наталье, и она воодушевилась этим. Чуть не кинулась обниматься, но я вовремя ее остановил.
В итоге Яна согласилась. Я был рад это услышать. А то иногда бывало просачивались мысли о том, что Яна откажется, потому что не хочет иметь ничего общего со мной. А так получалось, что раз она готова принять от меня путевку, то ничего не потеряно.
В день выписки я был полон сил и энергии. Наталью попросил не приходить. А так как моя семья все еще находилась в путешествии, то уезжал я один из больницы. Да и вообще не сообщил им, что меня подстрелили. Нечего им знать и переживать. Еще бы испортил им времяпрепровождение, сорвались бы и приехали, а мне этого не хотелось.
Когда же я приехал домой, то пришлось делать генеральную уборку самому. Все потому, что на время, пока я был в больнице, охрана не пускала никого в дом, даже домработницу. Бардак остался с того момента, как похитили Яну. А за те два дня, что ждал звонка от Коляна, не был способен делать ничего кроме ожидания.
Когда закончил, был совершенно без сил. Месяц пребывания на больничной койке сказывался, да и ранения, хоть уже и зажили, но при чуть лишней нагрузке сразу же начинали ныть. Поэтому я делал уборку довольно долго, до самого вечера, а потом, поужинав, сразу лег спать и отрубился в ту же секунду, как голова коснулась подушки.
На самом деле я спокойно мог вызвать уборщицу, чтобы она все убрала, но не хотелось. Нужно было отвлечься. За время, что провел в больнице, извел себя самокопанием, вечными сомнениями насчет Яны и угнетением себя за то, что прогнал ее. А уборка хорошо помогла отвлечься от забот. И это действительно помогло.
Так потянулись дни. Вестей ни от Натальи, а тем более от Яны не было.
Я готов был лезть на стену. Чувствовал себя загнанным в угол. Хуже, чем дикий зверь в клетке. Неимоверно хотелось к ней. Но не позволял себе. Нужно подождать. Время. Это главное, что сдерживает Яну. Но как же невыносимо. Аж руки чесались в нетерпении. А еще была непреодолимая жажда взять и напиться в стельку, но не позволял себе расслабиться. Надо держаться ради моей Яночки, ради нашего возможного будущего. Ее слова давали надежду, что у нас оно есть.