Он точно знал здесь каждый камень, потому что, затащив лодку на берег, повёл меня к одиноко стоящему дереву, возле которого было три камня: два замшелых поменьше, и один круглый и высокий, как стол. Мы расположились, и я тотчас взялась за сосуд с чистой водой. Напиться простой влаги было моей главной необходимостью. Ни вина, ни наливки, ни морсы не привлекали меня, но вот обычная холодная вода – да. Я могла выпить её несколько стаканов за один присест.
На берегу было хорошо. Я уверенно чувствовала себя в городе, но вдали от него как будто время текло иначе. Когда немного перекусили, Брайс предложил мне прогуляться. Я понятия не имела, что он хочет показать, и старалась ничего не представлять. И удивилась, когда мы остановились на вершине холма, с которого открывался прекрасный, но типичный для этих мест вид: горы, река, величественные старые деревья в обрамлении магии…
– Красиво.
– Ты не туда смотришь, – усмехнулся мужчина, беря меня за плечи и разворачивая в обратную сторону. – Выше по склону, у больших валунов.
Я старательно пыталась что-то разглядеть, и Брайс, не выдержав, слегка прижался ко мне сзади. Пальцы его коснулись моей щеки, мягко поворачивая голову чуть левее.
– С непривычки их трудно разглядеть.
– Кого? – прошептала я.
Он негромко посвистел, и только тогда до меня дошло, что на камнях, грациозные и прекрасные, сидят несколько барсов. Два из них поднялись, давая разглядеть себя во всей красе, а третий потянулся, широко зевнул, и повернулся к нам спиной.
– Они не нападут, – предупреждая вопросы, сказал мужчина. – Мы хорошо друг друга знаем. Я их всех видел котятами.
– Они невероятные… Господи, какие хвосты! А морды! Шикарные звери. – Я сглотнула и добавила тихо: – Всегда мечтала увидеть барса вживую, а тут целых три!
– Их больше, просто мы не всех видим. Они любят наблюдать за людьми свысока, хотя сами показываются только нам с отцом. Лоэвы с барсами – давние друзья.
Он всё ещё стоял сзади, и я едва сдерживалась, чтобы не качнуться назад, прижимаясь крепче.
– Спасибо тебе. У меня сердце замирает… Ой, один идёт сюда!
Тут уж Брайс сам обнял меня крепко и спокойно, и сказал негромко, щекоча шею дыханием:
– Он просто хочет узнать твой запах, не бойся.
– Ладно, – отозвалась я.
Я думала, барс предпочтёт не подходить близко, и замерла, когда он, легко прыгая через провалы, остановился всего в нескольких шагах от нас.
– Вытяни руку, – шепнул мужчина.
– Угу, – сипло отозвалась я.
Его широкая ладонь поддерживала мои пальцы, и я прикусила губы, когда влажный и прохладный нос ткнулся в кожу. Никогда бы не поверила, чтобы барсы так общались с людьми, но это ведь были не обычные звери… Я знала, что гладить нельзя, и вздрогнула, когда широкий язык прошёлся по ладони.
– Он тебя на вкус пробует, – тихо рассмеялся Брайс. – Это у него привычка такая – облизывать.
– Я не против...
– Мау-у… мау-у, – донеслось издалека призывное.
Голос был почти кошачий, но более утробный и низкий. Барс напоследок потёрся о наши ладони щеками, и стремительно побежал прочь, красиво взмахнув длиннющим хвостом…
Я никак не могла прийти в себя после нежностей с огромным серым зверем, но ещё больше меня волновали нежности Брайса. До сих пор спине было тепло от его тела, хотя мы уже полтора часа шли дальше по реке. Я всё расспрашивала мужчину о барсах, и он рассказывал, как мальчишкой отец впервые взял его в горы и познакомил с одной из старейших самок – Мавой.
– Она меня как котёнка воспринимала, и позволяла побегать со своими детёнышами. Однажды я так увлёкся, что свалился со скалы и сломал руку. Отец тогда сказал: хорошо, что не спину…
С ним было замечательно не только разговаривать, но и просто быть рядом. Особенно учитывая, насколько красивые места мы проплывали. В какой-то миг над рекой сомкнули кроны водные глицинии – невысокие деревья, которые благодаря магии цвели даже в начале осени. Их длинные сиреневые соцветия местами доставали до наших макушек, и у меня было чувство, что мы заплыли в волшебный сон.
– Здесь как будто иной мир, – сказала я, оборачиваясь на Брайса. – Сердце от красоты замирает…
– Одно из самых моих любимых мест, – кивнул мужчина с улыбкой. – Но, если бы не магия, эти глицинии здесь бы не выжили. Её концентрация будет только увеличиваться, и вскоре мы попадём в колдовской туман. Ну, а уже за ним будет поворот на водопад.
Солнце медленно клонилось к горизонту, когда впереди показалась дрожащая голубая пелена. Она окутала нас прохладой и влажностью, но, так как порогов впереди не было, можно было не опасаться неожиданных проблем.