– Не ушиблась?
– Нисколько. Вода и правда не такая холодная, как в реке. Хотя нет, довольно холодно.
Я сказала это без умысла, но мужчина приблизился, и, так как сам мог достать до дна, медленно притянул меня к себе, а потом взял на руки. Чувствовалось, что он почти не прилагает усилий, чтобы вот так держать меня, и в этой слабости была своя важная магия.
– Теперь не мёрзнешь?
– Так хорошо! – отозвалась я. – Совсем немного прохладно.
Мужчина поцеловал меня в лоб, и спустя минуту вынес на берег.
– Думаю, пора отдыхать. У тебя наверняка устали руки.
– Немного, – кивнула я. – Но день был незабываемым!
Брайс посмотрел на меня с улыбкой, и стало понятно, что приятные неожиданности на сегодня не закончились. Правда, я и представить не могла, что произойдёт дальше.
Мы поднялись сразу в спальню, и только тогда до меня дошло, что кровать там только одна. Конечно, Брайсу было не привыкать спать на полу, но что-то подсказывало мне, что всё случится иначе.
– В чём будешь спать? – спросил мужчина.
– Если ты не против, в сорочке. Она похожа на платье, и тёплая к тому же…
– Тогда переодевайся, а я принесу воды.
Он уже понял, какой я водохлёб, а я осознала, что никуда от мужчины не денусь. Брайс ясно дал мне понять: у нас не просто дружба, намерения его серьёзны. Вряд ли он мог привести меня сюда, чтобы обесчестить, а затем бросить…
Я сняла мокрую одежду, и натянула на голое тело фланелевую сорочку. Запасное бельё тоже было достаточно плотным для прохладной ночи, хотя внутренний голос подсказывал, что замёрзнуть Брайс мне не даст. Когда он вернулся в комнату, я распределяла по волосам несколько капель масла из крошечного бутылька, и робко улыбнулась Брайсу, облачённому в простую рубашку и штаны.
– Чтобы утром не было гнезда.
– Понимаю. Позволишь мне раздеться?
Я сглотнула. Было и боязно, и сладко увидеть его в столь откровенном виде.
– Не догола, – с улыбкой уточнил мужчина, и я кивнула.
– Пожалуйста, делай, как тебе удобно.
Он принялся раздеваться, и я отвернулась. На стене в любом случае было маленькое зеркало, и в него кое-что можно было разглядеть. Например, некоторые шрамы мужчины, его мощную спину и обтянутые светлыми нижними штанами бёдра… Понимая, что нельзя, я продолжала подглядывать, чувствуя, как болезненная сладость сковывает низ живота. А потом Брайс приготовил постель и, когда я повернулась, сказал:
– Хочу, чтобы ты легла рядом.
– Конечно, – отозвалась я хрипло.
– Ничего лишнего я себе не позволю, Юна. Просто согрею.
– Да, – едва дыша, отозвалась я и шагнула к нему.
Матрас был твёрдым, но меня это уже не волновало. Брайс притянул меня, укладывая к себе на грудь, и ещё укрыл одеялом, бережно подтыкая его сзади. Я думала, что с ума сойду от его запаха, жара и нежности…
– Всё хорошо? – спросил мужчина. – Удобно?
– Очень, – отозвалась я, понимая, что это и награда, и пытка одновременно. – Мне вот только некуда…
Он подхватил мою ногу и закинул к себе на бедро.
– Лучше?
– Н-намного, – выговорила я.
– Ты можешь прижаться крепче, если хочешь.
Пальцы его поглаживали моё обнажившееся колено, и я боялась дышать, чтобы не спугнуть охватившую тело негу. Чуть выгнувшись в пояснице, я добилась того, что ладонь Брайса скользнула выше, к моему бедру, и кроме сладости во мне не осталось никаких других чувств.
– Так? – прошептала я.
– Да, – отозвался мужчина, и я ощутила его горячее дыхание на лице. – От тебя пахнет мятой и малиной.
– Волосы не мешают?
– Нисколько.
Внезапно он приподнялся, и через пару мгновений уже нависал надо мной, лежащей на спине.
– Хочу тебя поцеловать.
– И я хочу, – отозвалась я, облизнув сухие губы.
Это было головокружительно и горячо. Нежные щекотки пробирали меня от затылка до пяток, и смущение было вкусным. Я чувствовала Брайса всем телом, хотя он почти не прижимался ко мне, и хотела, чтобы это продолжалось ещё долгие несколько часов…
Но мужчина остановился, и с едва заметной улыбкой посмотрел на меня, обалдевшую и румяную.
– Добрых снов, Юна.
– И тебе добрых, – отозвалась я.
Брайс снова предложил лечь к нему на грудь, и я устроилась, как и прежде, уютно. Сильные руки обхватили меня, согревая, и не было ночи прекрасней этой, рядом с мужчиной, которого я так отчаянно желала.
Одеяло сползло куда-то за пределы кровати, сорочка задралась до коленей, но, несмотря на прохладу, я не мёрзла. В академии мы жили в комнатах по трое, и наверняка кто-то из дежурных забыл бросить в камин разогревающий шар. Непонятно только, почему мои конечности оставались тёплыми? Я потянулась, сладко зевнула, и решила раскинуться вольготней…