Когда брат принимается неторопливо заваривать себе чай, моё терпение всё же лопается. Проверив Ваньку, который играет с конструктором в своей комнате, сажусь напротив ББ и прыгаю с места в карьер.
– Насколько у вас с ней серьёзно?
Брат морщится.
– Мы не будем говорить об этом.
– Потому что?
– Потому что это не твоё дело.
– Но я же твой брат!
– И как мой брат ты не должен лезть, – с ходу выдаёт он, подводя черту под этим диалогом.
Как у него всё просто... Но я ещё не закончил.
– Так уж вышло, Борь, что твоя личная жизнь сильно пересеклась с моей. Моя девушка – дочь твоей «подруги», – делаю кавычки в воздухе и, увидев недовольство на лице брата, тут же объясняю: – Твой сын так называет «тётю Таню».
– Ты говоришь об этом с Ваней? Очень умно, Дамир. Очень.
– Я не говорил. Он сам.
– Ладно, давай дальше, – подгоняет меня ББ. – При чём здесь твоя личная жизнь? Заметь, я даже не лезу в её подробности. В отличие от тебя.
И смотрит он очень укоризненно. И я даже понимаю его. Ну какое я имею право вмешиваться? Но всё же...
– ББ, ну найди себе другую! Помоложе, без мужа, детей и всяких проблем. Ну что тебе стоит?
Вашу мать! Да я готов его умолять об этом!
Отхлебнув чай, брат ненадолго задумывается, потом спокойно отвечает:
– Окей, найду другую.
Так просто? Но я же не дурак, чтобы поверить в это.
Напрягаюсь.
– А ты тогда тоже другую себе найдёшь, идёт? – не скрывая сарказма, продолжает он. – Это же так просто, Дамир. Сегодня одна, завтра другая...
– Но я не могу. Мне нравится эта!
Чёрт! Он что, не понимает?!
Но ББ смотрит на меня так, словно это я ничего не понимаю.
Наконец до меня доходит... И я медленно обтекаю от этой простой истины. Он тоже не может найти себе другую. Потому что он влюблён... Вот, чёрт! Чёрт!!
– Нет! – в отчаянии мотаю головой. – Быть не может!
– Почему? В моём возрасте не влюбляются?
– Не в замужних!
Он морщится, но ничего не отвечает. Делает глоток чая.
– Ты так и не сказал, в чём твоя проблема, – напоминает брат.
– В дочери твоей Татьяны. Она ненавидит тебя. Считает, что ты разрушил их семью. Она отца любит, понимаешь?
Его лицо застывает.
– Это ожидаемо.
И это последнее, что ББ говорит. Он встаёт, подходит к раковине, выливает остатки чая, моет чашку и выходит из кухни.
Вот и всё.
Мой брат влюблён в мать Евы. Что я могу сделать против любви? Ничего! Я со своей-то любовью не в состоянии разобраться.
Короче, я в полной заднице.
***
– Эй, пацан! Перекур закончился! – орёт старший смены.
Убираю телефон в карман. Каждую свободную минуту переписываюсь с Евой. Уговариваю встретиться сегодня, но пока без шансов. Похоже, мать запрягла её до самого вечера.
Но меня это чертовски не устраивает!
Где-то глубоко внутри какое-то смутное ощущение, что нашего с Евой времени осталось не так уж много, и я боюсь чего-то не успеть. Мне хочется её увидеть. Прямо сейчас!
– Не курю, – роняю я, возвращаясь на склад.
– Вот и правильно, – летит мне в спину. – Ещё третью секцию надо укомплектовать, и на сегодня всё.
Наконец-то...
Однако работа занимает ещё два часа. А потом я получаю оплату – два косаря и совершенно вымотанный выхожу из гипермаркета.
Начальник смены предложил меня прийти ещё и в следующую субботу. Я согласился. Денег взять больше неоткуда.
В замызганных джинсах и такой же куртке шагаю вдоль шоссе в сторону дома. В наушниках – музыка, а в сердце – смятение.
Ева, Ева, Ева... Как же мне разрулить это всё?
В паузе между треками отчётливо слышу громкий звук клаксона и перевожу взгляд на дорогу. Там красный мустанг. Торможу. Заглядываю в салон. Макс сегодня один.
– Ты едешь или нет? – спрашивает он, открыв окно.
– Мне домой, – киваю на многоэтажки впереди.
– Так садись! – бросает раздражённо.
– Окей.
Открыв дверь, забираюсь в машину. Макс брезгливо морщится.
– В чём это ты, блин?
– Пот, пыль и вонь пластика, – перечисляю, усмехнувшись. – На работе был.
– Кхм... Где?
– О да, это же новое для тебя слово! Ты загугли, изучи.
Откровенно насмехаюсь над ним. Хотя должно быть наоборот.
– Работа?! Нахрена?! – Макс не скрывает своего потрясения. – Тебе бабок надо? Чё не сказал?!
– Всё, проехали, – указываю рукой вперёд. – Едь давай. Здесь стоять нельзя.