Ариадна Снова и снова стирала мочалкой отпечатки его рук, пальцев... спермы. Кожа раскраснелась под гнётом силы трения. Злилась на себя, на него и на весь окружающий мир. Какого хрена? Как он мог опять и опять принуждать меня?! Ненавижу! Его! А ещё свою реакцию тела! Это глупое, бесконтрольное желание, а потом удовольствие, оргазм. - Ненавижу... Ненавижу... Ненавижу... - рычала, продолжая растирать кожу, слезы текли по щекам, обида сжирала изнутри. Выкинула мочалку на пол и села рядом, подняв лицо к струям воды, смывая соленую горечь, моё отчаяние, боль. Он сделал мне больно в душе... Тело оставалось целым, но сердце плакало вместе со мной. Я стала такой чувствительной, и за это ненавидела себя ещё больше, чем этого ублюдка. Мысли сходили с ума, ища решение. А что если проучить мерзавца? Тут же встала, взяв лейку смывая пену. План составлялся быстро, осталось лишь его исполнить. Грязный ублюдок ответит за всё!
Мои навыки борьбы и выживания спрятались в неуклюжем теле. Я сбежала из магазина, один охранник и это был не Александр, а какой-то другой, профилонил меня. За это ему влетит по шапке, но мне то какое дело. Прыгнула в такси, Санто-Доминго большой город и исчезнуть в нём легко. Таксист испанец с трудом понял куда меня вести, но всё же разобравшись в моих изъяснениях отправился в путь. Я делала вид, что не нервничаю и не оглядываюсь. Хотя мой мозг так сильно работал и план был идеален. Вместо карточки у меня были наличные припрятанные в сумочке. За столько времени никто не ожидал, что я придумаю сбежать! Мир замер, вместо быстро проезжающих машин, они замедлились, резкое головокружение и ком подступающий к горлу. Я вдохнула, набрав в легкие побольше воздуха, сжала кулаки, ногти воткнулись в кожу и туман исчезал. Если я сбежала, могла ли я отправиться домой? Качнула головой, прикусив губу, кем буду выглядеть при возвращении? Добытой информации капли, связи отсутствуют и всё. Лишь ребенок, от которого меня заставят избавиться. И тут меня оглушила собственная правда. Они ведь и вправду это сделают. Положила руки на живот пряча от жестокого мира, всепоглощающий страх окутывал моментально. Я почувствовала себя загнанным зверем, ожидающим приговора. Нет! - Эй, мистер отвези меня назад! - закричала, размахивая руками, показывая назад. - Пожалуйста... Низ живота резко заболел, в ушах зазвенело, потухли все звуки и темнота обвалилась так неожиданно не дав мне возможности среагировать.
Глава 24
Ариадна Очнулась под нудный писк. С трудом открыла глаза, веки тяжелели и не хотели смотреть на этот мир, но сквозь усталость и тяжесть, мне всё же удалось осмотреться. Больничная палата. Со мной в палате находились несколько женщин. Кто-то стоял возле окна, другие сидели и тихо разговаривали. Испанский. Будь он проклят. - Воды. - проговорила я на английском, мучаясь от жажды. - Пожалуйста. Девушка с соседней койки налила из пятилитровой бутылки стоявшей рядом с ней в пластиковый стакан воды и подала мне. Я с трудом приподнялась, взяв дрожащими руками посуду и выпила всё. Девушка улыбнулась и налила ещё порцию. - Спасибо. - поблагодарила её, но она не ответила, лишь кивнула и повалилась на соседнею кровать. Белые, исцарапанные стены, в некоторых местах краска отвалилась и виднелся бетон, кровати не очень мягкие, но постельное бельё пахло чистотой. Это радовало. Шесть коек на небольшой площади. Притронулась ко лбу, стирая пот. Солнце пекло во всю, день был в самом разгаре, а значит прошло не так много времени и скорее всего меня скоро отыщут. На удивление в туалет не хотелось и поэтому я повалилась на другой бок, сделав свой любимый мякиш из одеяла под живот и закрыла глаза. Чувствуя тишину в животе, погладила и позвала малыша, но он молчал. Наверно спит и задремала продолжая гладить его. Проснулась так как меня толкали в плечо. Продрав глаза, увидела женщину в белом халате. Она заговорила на испанском держа в руках планшет, и не прерывалась ни на секунду. Пока девушка рядом лежащая не перебила её что-то сказав. Доктор замолкла, достала телефон и включила переводчик. Она узнала моё имя, откуда я и срок беременности, а также сообщила, что у меня сильный тонус и мне стоит поберечь себя. В ближайшее время я буду находиться под наблюдением. Молодой медбрат принёс какие-то таблетки белого цвета и с уговорами заставили выпить их. Живот не болел, но я чувствовала тяжесть внизу. Это и был он самый, тонус, насколько я помню такое может произойти от нервотрёпки. А утро выдалось не очень мягко говоря. Голова зашумела и когда доктор ушла после осмотра других беременных, я опять заснула и проснулась только вечером. Из открытых окон ворвался прохладный ветер. Кое-как встав, прислонилась к поддоннику вдыхая свежий воздух. В животе урчало, а мочевой пузырь молил о помощи. Опять соседка помогла мне найти туалет на этаже. Вид которого у меня вызвал тошноту, из жестов и скривившегося лица девушки я поняла, что другие не лучше. Черт бы меня побрал! И мой закидон. Могла бы спокойно отлежаться дома и не думать о чертовом побеге, но в тот момент я чувствовала необходимость сбежать. Адреса не знаю, номера телефона нет. Да я даже не знаю в каком районе находился дом. Облокотилась об обшарпанную стену и заплакала, низ живота тут же потянуло. Девушка постучала в дверь и забормотала на своём. Вытерев слезы, поддерживая живот вышла. Она помолчала, вздохнула и взяла меня за руку отвела в душ. Откуда-то принесла полотенце и больничную сорочку светло-голубого цвета. Шампуня не было и я просто обмылась еле теплой водой. В палате присела на край кровати, другие женщины переглядывались и перешептывались. Шоколадные мулатки, мне всегда нравился, особенный цвет кожи. У моей соседки она была посветлее, чем у остальных. Светлая мулаточка и судя по всему её волосы заплетённые в хвост должны быть вьющимися. Девушка была неразговорчива, как впрочем и я, но она принесла для меня лепешку и стакан чая. Разорвав её пополам, но она отказалась и положила руку на маленький животик. Зато другие не отказались. Кое-как утолив червячка вновь подошла к окну и выглянула на улицу. Тут, как и прежде была только серая стена другого здания, с одного бока стена другого здания, со второго виднелась часть дороги. Уже лежа в постели я улыбнулась себе, пусть и побег не удался, но у кого-то сегодня отвратительный день. Я более чем уверена, он в бешенстве. Зато у меня было алиби. Погладила малыша, и почувствовала еле уловимый ответ. Грустное настроение сразу же отошла на второй план, как и его отец. Будь он проклят. Мерзавец. Гладила и пела про себя песенку из детства, что помнила.