Внизу впрыгнул в машину, окруженную охраной. Пять чертовых машин охраняют меня и около сотни людей жену. Мобильный зазвонил и я на автомате ответил. Но не успев и слова сказать услышал голос своего заклятого врага. - Говорят твоя жена вкусная крошка. Такую честь одолжила моим людям. Знаешь, я и сам бы попробовал, но мы по разные стороны границ. - Я тебя убью! - яростно ответил, сжав кулак и ударил по колену, причиняя боль и себе. Отключился и бросил телефон в сторону. Краем глаза заметил, как водитель Александр посмотрел на меня в зеркало, но он быстро отвёл взгляд. Машины подъехали к железнодорожному узлу. Остановившись перед поездом стремящегося домой. Однажды я верну свою семью домой. Однажды. Стук колес напоминал о чем-то родном, далеком. Отсюда около десяти километров до России. Грузия, мой навсегда надежный партнёр. Но даже среди них, всегда были предатели. Именно они сейчас будут расплачиваться. Второй раз машина затормозила возле одного из огромных ангаров. Внутри на подвешенных цепях вниз головой висели шестеро голых ублюдков. Под двумя накапала лужа крови. - Они живы. Подошел Артём вытирая полотенцем руки от крови, он должно быть приехал сюда вперед меня. - Начнем? Сглотнув слюну, с безумной легкостью проговорил. - Я всё сделаю сам. Он замер, и тут же понимание отобразился в его глазах. Отошел в сторону, предоставляя мне доступ. - Ты уверен? Я не стал отвечать. Всё, что задумано - исполнится. Они осквернили алтарь, но не храм. А я стану их палачом.
Вонь дерьма, рвоты и тление обугленных конечностей. Пытка - искупление. Смерть - спасение. Я сел на пол положив кровавые руки на согнутые колени. Черная рубашка скрывала кровь, но я чувствовал, как она мерзко прилипла к телу. Кровь с пальцев капала на пол. Идеальная тишина, после несколько часовых сверх человечных пыток. Пятеро готово. Остался шестой. Его развернули и подвесили за руки и ноги. Перевернутый крест. Бога в этом месте нет. Он не пришел к моей жене за помощью, и я не пущу его сюда. Артём облил его водой и тот вновь пришел в себя. Заорал зовя спасение. - Он не придет. Твой бог не поможет тебе. Только я, только палач. - раздался незнакомый хриплый голос. Подойдя ближе в нос ударил смрад человеческих испражнений. Я не задав не единого вопроса. Не было суда. Я взял нож и вырезал буквы на животе и груди. "смерть" "смерть" "смерть" Его дерганье иногда мешали, но бородатая тварь получила по заслугам, когда внутренности вытекли на пол, а бездыханное тело - замерло. Взяв бумажный пакет и выйдя на свежий воздух, посмотрел на красно-розовое небо. Закат. Цвет уходящего дня - ознаменовался кровавым отмщением. Повсюду были люди. Они не показывали виду, что их трясет. Они опустили головы. Напряженные спины и сцепленные, дергающиеся пальцы. Очередной урок для них. Очередное зрелище, большинство из которых не выдержало и сбежало на свежий воздух. Я мог их понять. То, что я сделал не являлось нормальным, но по другому не мог. Александр подогнал машину. Ужас промелькнувший и в его глазах тут же был спрятан за солнцезащитными очками. - Куда шеф? - спросил он, но голос не был грубым как раньше, скорее понимающий. - В клинику.
Ариадна Сквозь жалюзи пробивались лучи заходящего солнца. Их тепло окутывало мою вытянутую руку. Бинт чуть окрасился кровью, только потому что я втыкала обрубки своих ногтей, сжимая и разжимая. То что помогало ненадолго. По коже медленно двигалась капля, развернув руку она упала на пол. То что помогает отстраниться от гудящих мыслей. Нет, мне не становилось легче. Лекарства утихомирили боль тела, но не души. Душа остаётся сломленной. Сегодня я вскочила посреди ночи от приближающихся шагов. Сердце бешено забилось, а голова разрывалась от боли. Но Наран моментально оказалась рядом, сжав в своих объятиях. Я помню её запах. Он успокаивал, как и шепчущий голос. - Мы в безопасности! Мы дома! А после дрожащие руки гладили волосы, а губы пели колыбельную. Ту, что обычно поют мамы своим маленьким детям. Она убаюкивала меня сидя на кровати, пока моя голова покоилась на её вытянутых ногах. Она стала моим якорем. Только Наран удается помочь мне заснуть без таблеток. А ещё я скучала по сыну, но... не могла его видеть. Сейчас я не готова. Его отец... То есть мой муж... Он должен позаботиться о нём. А что если не сможет? Сердце снова усиленно забилось, как ночью, а дыхание сбилось. Ком в горле не давал спокойно дышать. Дыши, дыши... умоляла я себя. Ни разу не взглянув в телевизор, но слушала, вернее его фон перекрывал тишину. Окно закрыли, включив кондиционер. На секунду закрыв глаза, снова оказывалась там и тело вздрогнуло. Дверь распахнулась и я быстро спрятала руку под одеяло. Кровь не успею вытереть с пола, значит доктор Джонс снова будет смотреть косо. - Моя дорогая как вы себя... - договорить она не успела, так как заметила свеже-выдавленную кровь. Она поставила стул напротив меня, закрыв от солнечного света. - Как вы себя чувствуете? - спросила она корректируя свой голос на спокойный и уверенный. Но я молчала, смотря на рисунок на её светло-голубом халате. В районе груди белая роза сломленная в стебле. Как иронично, подумала я и взглянула ей в глаза. - Где Наран? Она мягко улыбнулась, скрыв, как тяжело вздохнула, но поднимающиеся плечи и грудь её выдали. - Ваша подруга отдыхает. Пройдя полное обследование и удостоверившись, что с молодой мамой и ребенком всё хорошо. Она утомилась и уснула прямо на кушетке во время узи. Перед глазами снова оказался мой малыш, мой сынок держащий игрушку в своих крепких руках. Где-то внутри, сквозь онемение прорывалось чувство - любовь матери к сыну, но оно тут же перекрылось сжатыми челюстями и запахом пота. Я вздрогнула и сжала ладонь. Боль. Она поможет. Пусть моя рука и была спрятана под одеялом, но это не спряталось от глаз доктора. Она понимающе кивнула. - Мы поможем вам. Мы дадим вам надежду на исцеление. А так же будем бороться вместе. Запомните Ариадна, у вас есть опора и крепкая стена. Время излечит, семья поможет. Она пыталась ещё поговорить, но я спряталась под одеяла. Залезла вместе с головой и она молча ожидая моего появления всё же ушла. Время излечит. Так сказано. За закрытыми веками вновь разгоралась битва между добром и злом. Проклятое дыхание надо мной, боль в запястьях осознанно возвращалась в эту реальность и гудела. Ощутив очередной удар по лицу, вздрогнула и свернулась в клубок. Демоны будут одолевать меня, будут забирать в пучину ада. Когда я наберусь сил? Когда смогу сражаться? Замерла. Услышав шаги. Нет! Только не это! Одеяло ведь поможет? Оно спасет меня в этот раз? Сильнее сжала ладонь, втыкая пальцы в рану от камня. Он был нужен мне. Он помогал. - Ари. - прошептал знакомый голос. Не просто знакомый, а некогда родной. Я не хотела винить его. Не могла. Вся ответственность лежит только на мне. - Малышка... - голос дернулся и затих на долгие минуты. Собравшись с силами - выглянула. Изнурённый, усталый. Глаза печально смотрели на меня. Многодневная щетина и постоянный недосып. Да и спал ли он вообще? Он как беспомощный старик сидела напротив меня, сжимая в руках пакет. Надеюсь там не апельсины. Перед глазами вспыхнули кадры из старых фильмов из детства. Я ведь так давно не смотрела ни одного фильма, а сколько лет я не была в кино? Вздрогнула от шуршания пакета. Его рука скользнула внутрь и замерла глядя в наши встретившиеся глаза. Сжав губы он выдохнул и вытащил её, положив содержимое на прикроватную тумбу. Один, два, три раза... замер и еще два раза. Не было ужаса, не было страха. Только его кровавая рука сжимала шестое человеческое сердце. Оно без сомнений было человеческим. И положил в ряд передо мной. Мой муж отомстил. Мой муж поквитался с обидчиками своей жены. Око за око. Зуб за зуб. Кровь за кровь. Они понесли наказание. Понесли! Я не желала им спасения и честного суда. Такого в принципе не существовало. Эти твари заслужили то, что положено. Две пары голубых глаз встретились и я прошептала, вылезая из-под одеяла: - Одного не хватает.