Вечером Алисе внезапно стало плохо и открылось кровотечение. Я гнал как сумасшедший всю дорогу до больницы, а потом молился всем богам пока ждал в коридоре. Но молитвы не помогли, Алиса потеряла много крови, а ребенка не удалось спасти. Врачи сказали, что так бывает на маленьких сроках, что у нас все еще впереди, но только я тогда уже знал, что это начало конца.
Алиса долго валялась в больнице, а потом впала в затяжную депрессию. Казалось, мы снова откатились на 8 лет назад, она словно стала тенью, молчаливой, замкнутой, апатичной. Шли месяцы, но ничего не менялось, а я не мог ей ничем помочь. Она снова отдалилась от меня, и я ничего не мог с этим сделать, никак не мог пробиться сквозь стену. Я пытался справиться со своими эмоциями, переживаниями и одновременно помочь ей, я пытался быть сильным за нас двоих, только у меня мало получалось. Я беспокоился за нее и даже поставил на телефон отслеживание местоположения. Однажды я долго не мог ей дозвониться и поехал искать, а нашел ее на крыше многоэтажного дома. Она стояла на парапете, раскинув руки, и тогда я реально испугался. Что не успею, что не спасу. Минута, что я потратил на подъем, показалась мне вечностью.
- Алиса, маленькая, не нужно! Мы все сможем преодолеть, не делай этого, это не выход! – я старался разговаривать как можно более спокойно, боясь сделать только хуже. А когда она обернулась на мой голос, я увидел ее улыбку. Искреннюю, такую светлую, ту, по которой я так скучал
- Ты меня не правильно понял. Прости что напугала, я не думала, что ты можешь меня здесь найти, я так давно не приходила. А теперь понимаю что зря. Я боялась этого места, забыв о том, как была здесь счастлива.
- Ты правда не думала прыгать?
- Нет! Я никогда бы этого не сделала. Когда то я обещала это тому, кто так любил жизнь.
Она не называла имени, но я нал о ком она говорит. Он всегда жил в ее сердце. Он всегда жил в моей голове. Он умер, но навсегда остался незримым призраком между нами. И я не мог его за это ненавидеть, нет, за это я ненавидел себя. Я думал, что смогу стать заменой, что моей любви хватит на двоих, что это я был якорем для нее в этом мире. Но оказалось что она жила не для меня, не для себя, а для него. Потому что обещала, потому что это было важнее всего дня нее.
Она спрыгнула с парапета, подошла ко мне и обняла. А потом попросила прощения, за то, что так и не смогла стать для меня семьей.
- Знаешь, у меня было время подумать все эти недели. Все изначально было неправильно, я пыталась жить, доказывая призраку, что я могу стать счастливой, забывая, что такое счастье на самом деле. Я погрязла в своих иллюзиях, строя свой идеальный мир, только это все неправильно. Прости меня, Влад. Прости за то, что использовала тебя все эти годы, за то, что принимал твою любовь как должное, за то, что так и не смогла ответить тебе взаимностью.
Мы спустились с крыши вместе, а потом долго говорили. О нас, о нашем прошлом, о нашей жизни в целом. Она просила меня отпустить ее, а я тогда понял, что и сам не смогу больше так. Она была права, нельзя жить иллюзиями. И, наверное, это было самым правильным решением, хоть мне было и дико больно по началу. Алиса ушла, а вместе с ней ушел и последний свет. А что осталось? Осталась лишь дикая вина, ненависть и жажда мести. Именно тогда я возобновил поиски следов семьи Чернова, мне нужна была Алена, жаль, что сыщик из меня никудышный, не то, что из моего папочки»
Воспоминания проносятся в моей голове. Алиса так и не стала хозяйкой в этом доме, а он так и остался пустой бездушной коробкой, хоть и был по-настоящему моей территорией. А теперь эта милая девочка, этот светлый ангелочек сейчас хозяйничает на моей кухне. И это девочка моя жена. И даже можно на миг представить, что мы семья, на миг поверить в эту иллюзию, только я, к сожалению, знаю, чем это закончится. Я больше не строю замков из песка, слишком они не надежны. Алена была слишком увлечена, она меня таки не заметила, а я просто ушел в свой кабинет, понимая, что мне не место рядом с ней.
- Тук, тук, тук! А я тебя нашла! Пойдешь ужинать? – отвлекает меня от работы ее голос. Стоит на пороге кабинета и улыбается. Кажется, у кого то отличное настроение, и мне не хочется его портить.
- Давай, я как раз ужасно проголодался! Принцесса должна накормить злодея, иначе он съест ее! – отшучиваюсь, чем вызывая ее искреннюю улыбку.
О, а это и правда, очень вкусно! Или же я просто отвык от домашней еды, но мне кажется, что я попал в гастрономический рай, о чем и спешу ей сообщить.
- Скажешь тоже! Мне очень нравится готовить, и я рада, что тебе понравился ужин – кажется она, немного смущена похвалой – и у тебя обалденная кухня, кажется, в ней есть все необходимое и даже больше. Такое кощунство всем этим не пользоваться.