Быстро стащила с себя платье-крестьянку и ухватилась за юбку. Полагаю, это подъюбник. Покрутила его, нашла маленькую пуговицу, расстегнула, быстро сунула обе ноги и потянула вверх. Вот только обрадовалась рано. Видимо, в бёдрах я была побольше, чем Верея, потому что кое-как смогла надеть подъюбник.
Дальше схватила корсет. Он тоже был сделан из прозрачной ткани в цвет подъюбника, бледно-жёлтый. Застёгивался корсет на маленькие крючочки, располагавшиеся на спине. Мда, тут я без помощи Ингерды уже не справлюсь. Пришлось просить.
Помощнице ведьмы пришлось постараться, чтобы застегнуть корсет. С каждым новым крючком ткань изрядно натягивалась, а жёсткие тонкие вставки ощутимее впивались в кожу.
Я что и правда толще Вереи?! Или у них тут модно не дышать?!
С платьем Ингерде тоже пришлось мне помогать. Я позорно в нём застряла! В плечах! С торчащими вверх руками! В какой-то момент уже решила, что платье просто разойдётся на мне по швам, но каким-то чудом служительница всё же сдёрнула его вниз.
После такого одевания мы обе рухнули на кровать и выдохнули. Ну то есть Ингерда облегчённо выдохнула, а я чуть вздохнула, потому что грудь сильно сдавило. Целый день в этом пыточном инструменте будет тяжко.
— Сегодня будешь сидеть со мной в кабинете, — сообщила Ингерда и поджала губы. — Принцесса не сказала, во сколько приедет, поэтому будешь ждать её у меня.
Я в ответ лишь кивнула. Если не придётся опять сидеть в одиночестве, то уже хорошо. Была бы ещё возможность корсет послабее сделать, тогда вообще замечательный был бы день.
Долго рассиживаться Ингерда мне не дала. Она помогла надеть поверх платья балахон, и мы отправились завтракать.
В столовую пришли позже всех, поэтому зал почти опустел. Я послушно шагала за Ингердой, украдкой поглядывая по сторонам, насколько позволял глубокий капюшон.
На раздачу в этот раз мы пошли вместе. Грязные тарелки и кружки после ужина несла я. Когда подошли к столу с кастрюлями и тарелками, Ингерда забрала у меня вчерашнюю посуду и отдала одной из стоявших на раздаче женщин. Они коротко кивнули друг другу, и мы направились дальше.
В конце стола стояла уже знакомая мне старушка. Она разливала что-то по кружкам. Надеюсь, не вчерашний травянистый отвар. Я уже собралась спросить у Ингерды, можно ли мне взять где-нибудь воды, когда та обернулась, вручила две тарелки с кашей и велела идти за стол.
— Я…
Неуверенно начала, но Ингерда перебила:
— Иди, принесу компот и булочки.
Ну раз компот, то ладно. Я кивнула и направилась к столу. Буду надеяться, что компот окажется лучше вчерашнего отвара.
Раз пустых столов в зале много и особых указаний мне не дали, плюхнулась на ближайшую лавку. Нет, надо всё же как-то расстегнуть хотя бы пару верхних крючков у корсета. Не то чтобы я уже начала задыхаться, но мне было очень неудобно. Единственный плюс от этого орудия пыток — я перестала сутулиться.
Ингерда принесла кружки и две булочки. На этот раз булочки оказались простые, без какой-либо начинки. Служительница съела булочку вместе с кашей. Я же сначала положила свою рядом с тарелкой, а потом, надеясь, что никто не видит, сунула булку в карман. Съесть всю порцию каши не смогла, хоть хлеба потом пожую.
Ингерда прекрасно видела мои манёвры, но ничего не сказала. Она вообще никак не отреагировала. Мне показалось, что она о чём-то думает, но спрашивать при посторонних побоялась. Не зря же служительница постоянно мне напоминает, чтобы ни с кем не разговаривала. Наверное, в храме могут узнать принцессу по голосу.
После поспешного завтрака мы направились в здание Храма. На этот раз лавочки в центре зала не пустовали. На них сидели женщины и бурно что-то обсуждали. Они так тараторили, перебивая друг друга, что разобрать слова не смогла.
Мы спешно обошли собравшихся за колоннами и зашли в кабинет Ингерды. Она указала мне на диван, а сама устроилась за столом. Снимать капюшон запретила.
После часа бессмысленного разглядывания шкафов не выдержала.
— Можно я что-нибудь почитаю? Или, может, могу чем-то помочь?
Ингерда удивлённо на меня посмотрела.
— Не могу сидеть как статуя и ничего не делать, — пояснила я.
— Пожалуй, можно тебя кое-чем занять, — пробормотала служительница и встала из-за стола.
Она прошла к шкафу с открытыми полками, достала толстую книгу и вручила мне.
— Давай посмотрим, сможешь ли прочесть.
Ой, а ведь и правда, смогу ли? Как-то раньше об этом не задумывалась.
Надписей на обложке не было. Поспешно раскрыла первую страницу и уставилась в ровные строчки рукописного текста. Серьёзно? Они книги от руки пишут?