— Ладно, а магии она обучена?
Мы с Ингердой переглянулись. Про магию меня никто не спрашивал, а мне самой даже в голову не пришло спросить.
— Я не чувствую в ней дара, — пропищали где-то совсем рядом.
Я чуть повернула голову и увидела на подлокотнике дивана хомяка, который ко мне принюхивался. Когда только успел забраться? Сначала говорящий кот, теперь хомяк. Интересно, а рыбки у них тоже разговаривают? Выныривают из воды и требуют корм?
— Эй, ты владеешь магией? — принцесса щёлкнула перед моим носом пальцами.
— Нет, — буркнула я.
На лице Ингерды отразился испуг. Она схватилась за запястье, на котором была метка невыполненного контракта.
— Ваше высочество, я могу сделать амулет, который подделает магический фон. Тогда никто не сможет догадаться, что она это не вы.
— Но что она будет делать на занятиях по магии?!
Высочество скуксилось, развернулось и направилась к двери.
Я затаила дыхание. Если она сейчас уйдёт, то я не попаду в замок. А если не попаду в замок… Бросила взгляд на Ингерду. Та побледнела и ещё сильнее сжала руку.
— Мы можем подстроить магическое истощение, и тогда вас отстранят от занятий, — пропищал хомяк, который по-прежнему сидел рядом на подлокотнике.
Высочество остановилось. Постояла немного и развернулась уже с улыбкой.
— Точно! Будем симулировать магическое истощение! Или можно устроить какую-нибудь проделку, чтобы отстранили от магической практики.
Мда, какие интересные варианты. Видимо, мысли отразились у меня на лице, потому что величество снова скривилось и бросило:
— Ладно, пусть будет магическое истощение. Будет лучше, если она просидит в комнате до моего возвращения, чем будет расхаживать по дворцу, изображая прилежную меня, — принцесса перевела взгляд на Ингерду. — Подготовь её, я приду через три дня. Вещи Фифи отправит с магическим вестником завтра. Ах да, чуть не забыла.
Принцесса произнесла заклинание, махнула рукой. В воздухе появились уже знакомые мне лист бумаги и перо. Но как только контракт завис передо мной, я увидела, что текст на нём уже имелся. Бегло пробежалась по строчкам и едва удержалась от того, чтобы не ругнуться. Высочество не просто требовало заменить её на две недели, но она ещё и вписала пункт, что если кто-то меня раскроет, то я превращусь в жабу. Какая прелесть!
— Я не буду это подписывать, — произнесла, отодвигая от себя контракт.
— Что значит не будешь? — возмутилась принцесса.
Ингерда схватила контракт, быстро прочитала его и обратилась к принцессе:
— Ваше высочество, я уже заключила с Ириной контракт о том, что она должна вас подменить.
— Ну вот и замечательно, значить пусть просто подпишет мой вариант контракта.
— Но ваше высочество, я думала, что вы хотите сохранить в тайне вашу причастность к появлению двойника. А если у вас будет прямой контракт, то король быстро выяснит, что вы в этом замешаны.
Принцесса цокнула языком, перевела взгляд на хомяка. Тот ей кивнул.
— Ладно, пусть будет только твой контракт.
Высочество махнуло рукой, и перо с бумагой исчезли. Больше принцесса не сказала ни слова. Накинула капюшон, подхватила питомца и направилась к выходу.
Ингерда поспешила открыть замок и дверь. А когда высочество нас покинуло, закрыла обратно. Мы слаженно выдохнули.
— Спасибо, — поблагодарила я помощницу ведьмы.
Она в ответ лишь махнула рукой.
— Теперь нам нужно сделать из тебя копию Вереи, — помолчав немного, Ингерда добавила: — Хотя бы внешне.
Я лишь согласно кивнула. Вряд ли мне удастся так высокомерно себя вести. Но об этом подумаю как-нибудь потом.
Глава 2
После ухода принцессы Вереи, помощница ведьмы выдала мне простенькое платье с широкой резинкой под грудью и сандалии. Какая странная у них мода. Я ожидала платья XVII века с кучей юбок, подъюбников и корсетом, раз уж у принцессы угадывалось пышное платье под плащом-накидкой, но не как не простенькое платьице а-ля крестьянка. Моё удивление от Ингерды не укрылось.
— Это платье служительницы храма Прии, — пояснила она. — Другой одежды у меня для тебя нет, уж прости. Фамильяр принцессы пришлёт завтра одежду, в которой тебя примут за Верею.
— Фамильяр? Хомяк — фамильяр принцессы?
— Да, а что тебя удивляет?
Я пожала плечами. Действительно, чего удивительного в том, что говорящий хомяк — фамильяр. Но странно, что он фамильяр принцессы. Во всяких сказках у благородных девиц волшебные спутники обычно тоже какие-нибудь эдакие, а тут… Впрочем, может, здесь фамильяров по какому-то особенному принципу раздают. Об этом я и спросила Ингерду, пока переодевалась. Она долго молчала, стоя ко мне спиной, потом всё же ответила: