— Фамильяра ведьма получает после прохождения испытания. Не всем удаётся получить магического спутника. Или не все могут себе позволить выкупить контракт на него у Хранительницы Зачарованного леса.
— Почему? — удивилась я.
— Потому что для каждого Хранительница назначает свою цену и не всегда в деньгах.
Уточнять, что же может попросить загадочная Хранительница в обмен на фамильяра, я не стала. Было видно, что Ингерде не очень нравилась тема разговора, и я решила сменить её.
— Скажи, а много у вас ведьм? — поинтересовалась, одёргивая платье.
— Не так чтобы много. В основном магией владеют мужчины.
— А у них тоже есть фамильяры?
— Конечно, — ответила Ингерда и повернулась.
Я как раз крутила в руках сандалии, пытаясь понять, какая из них правая, а какая левая. Приложила подошвы друг к другу и хмыкнула. Никаких выемок, как у меня на кроссовках, не было.
Ингерда подошла ко мне, забрала сандалии и велела сесть. Она ловко распутала ремешки, подхватила мою ногу, надела сандалию и стала затягивать ремешки, плотно фиксируя обувь на стопе. Мне было не очень уютно оттого, что меня обувают как маленькую, и я снова спросила:
— А что за храм Пии?
Ингерда хмыкнула и поправила меня:
— Прии. Ты находишься в храме богини любви и семейного счастья. Тут может получить помощь любая женщина, и никто не имеет права забрать её отсюда силой, — Ингерда помолчала немного, а потом тихо добавила: — Даже король.
Вот оно как. Значит, в храме можно спрятаться, если где-то натворила делов, и никто тебя отсюда не достанет? Уточнить это я не успела, Ингерда снова заговорила:
— Жизнь принцессы несколько отличается от жизни обычной девушки. Верее позволено чуть больше, чем всем остальным, но даже она должна подчиняться решениям отца или старшего брата. Поэтому когда будешь жить во дворце, помни, что спорить с королём или братом нельзя. Особенно в присутствии посторонних.
— Да я вообще ни с кем спорить не собираюсь. А у вас тут женщины совсем-совсем бесправные?
Вопрос о правах женщин взволновал меня больше, чем информация о старшем брате. У меня нет родных братьев и сестёр, но есть двоюродные и троюродные. Вполне возможно, что Ингерда говорила о них.
— Ну почему же бесправные. Нас никто не запирает, не ограничивает в праве заниматься каким-либо делом. Просто управляют всем мужчины, и без их разрешения бывает невозможно что-то сделать. Белаве это не нравится, и она всячески пытается заполучить власть над страной в свои руки.
— Белава хочет изменить порядки? — Ингерда кивнула, а я спросила: — Разве плохо, что она хочет равных прав для женщин?
Спросила и сама задумалась, действительно ли Белава Снежная — злая ведьма? Может, я зря переживала и всё закончится хорошо? Может, из-за меня изменится порядок и все станут чуточку счастливее?
Ингерда подняла на меня суровый взгляд, от которого по коже побежали мурашки. Тон, с которым она начала говорить, был серьёзным и немного сердитым.
— Я не знаю, какие порядки в твоём мире, но у нас они такие. Меня всё устраивает, других, как видишь, тоже. Запомни раз и навсегда: нигде и никому никогда не говори, что знаешь эту ведьму. Даже фамильяру принцессы. Фифи будет всячески изображать из себя твоего друга, но не доверяй ей. Если кто-то узнает, что ты имеешь какое-то отношение к Белаве, то тебя либо казнят на месте, либо закроют в подземелье и никогда не выпустят. Поняла меня?
Ингерда резко дёрнула ремешок, и он больно впился в кожу. Я поморщилась и кивнула. Что тут может быть непонятным? Я умудрилась влезть в какое-то сомнительное дело. Единственное непонятное, как принцесса во всё это ввязалась.
Задавать вопросы я больше не стала. Молча принялась складывать футболку и джинсы.
Ингерда застегнула пряжку на второй сандалии и посмотрела на сложенные рядом со мной вещи. Я взяла ветровку и достала из кармана телефон. Разблокировала экран, вздохнула. Даже музыку теперь на нём не послушать, заряд надо экономить. Поэтому отключила телефон совсем и убрала обратно в карман.
Достала медальон, которым не знала, как пользоваться. Взглянула на Ингерду, но та лишь мазнула взглядом по металлической бляшке и ничего не сказала. Она забрала мою одежду с кроссовками и пошла убирать в платяной шкаф. После того как Ингерда распахнула дверцы, я услышала щелчок замка. Она мою одежду в сейф убирает, что ли?
Воображение живо нарисовало картинку: маленький шкафчик внутри большого шкафа, на полочках, среди мешочков с монетами, моя одежда. Вот кто-то удивится, когда полезет за деньгами…
Подходить и проверять, куда помощница ведьмы на самом деле прячет мои вещи, не стала. Лишь понадеялась, что она не обманет меня и вернёт их. Если нет, то я даже не знаю, как объяснять маме, где потеряла телефон и всё остальное.