Раздался ещё один щелчок и Ингерда, вынырнув из шкафа, закрыла тихонечко дверцы. Затем развернулась и с решительным видом прошла к столу.
Несмотря на то, что на мою подготовку выделили три дня, откладывать это дело Ингерда не стала. Помощница ведьмы достала из ящика письменного стола небольшую кожаную сумку и с ней вернулась ко мне. Устроилась в кресле рядом с диваном и открыла сумку. Я подалась вперёд, чтобы разглядеть содержимое.
В сумке оказался набор флакончиков разнообразного оттенка и размера. Ингерда перебирала их, что-то бубнила себе под нос и время от времени поглядывала на меня. Потом достала маленький стеклянный флакон с зеленоватой жидкостью, вытащила пробку и протянула мне со словами:
— Два глотка.
Я взяла флакон, поднесла его поближе и принюхалась. От жидкости пахло какими-то травами. Вот будет смешно, если сейчас выпью и отравлюсь… Нет, такого не может быть. Ингерда не станет меня травить. Ей просто это невыгодно. Если, конечно, она не соврала про контракт с ведьмой.
Между тем Ингерда меня не подгоняла, терпеливо ждала. Я отмахнулась от непрошеных мыслей, выдохнула и сделала маленький глоточек. Покатала на языке жидкость, но никакого вкуса так и не почувствовала. Проглотила. Сделала новый глоток уже побольше и вернула флакончик. Женщина посидела немного, раздумывая надо чем-то, но потом всё же забрала у меня флакон, запечатал и убрала в карман балахона.
— После ужина ещё выпьешь, — произнесла она, а после паузы пояснил: — Это зелье ускорит рост волос.
Я благоразумно не стала уточнять, избирательно ли волосы будут расти или везде сразу.
Затем Ингерда вручила мне ещё два флакона по очереди. На этот раз она не стала пояснять для чего они, а я понадеялась, что там всё ещё не отрава. Оба были без запаха, но одно оказалось на вкус, как клубничное варенье, а второе напоминало копчёную курицу. Может это какой-то заменитель еды?
За окном уже начинало темнеть. Ингерда объявила, что мы отправляемся ужинать. В очередной раз напомнила, чтобы я ни с кем не разговаривала и не снимала капюшон балахона. Я закивала, как болванчик, и послушно надела балахон.
Мы вышли из кабинета. На этот раз я рассмотрела пустой зал. Посередине стояли деревянные лавки в несколько рядов, перед ними располагалось небольшое возвышение с тумбой. По периметру зала располагались шесть колонн, которые упирались в потолок-купол. Рядом с колоннами стояли массивные кованые подсвечники. На стенах крепились двухрожковые светильники с круглыми плафонами. Витражные окна располагались почти под потолком.
Мы обошли всё это по кругу, прошли мимо той лестницы, по которой меня вела сюда раньше Ингерда, и вышли через боковую деревянную дверь на улицу.
Я поёжилась от налетевшего порыва холодного ветра. Хорошо, всё-таки, что у меня очень длинный балахон. А то в сандалиях на босу ногу я бы уже замёрзла.
Оглядела двор, оглянулась на здание, из которого вышли. Рядом с храмом Прии стояло ещё одно небольшое здание. Между ними располагалась крыша, под которой находились массивные двустворчатые ворота. Дальше от пристройки и храма шёл высокий каменный забор, который окружал всю территорию. Неподалёку стояло ещё одно одноэтажное строение, а за ним располагался, наверное, парк. А может огород? Мне были видны только деревья.
Ингерда дёрнула меня за руку и пошла к отдельно стоящему зданию. Мне пришлось ускорить шаг, чтобы не отстать от неё.
Здание оказалось пустой столовой. Никакого холла не было, мы сразу попали в заставленный столами и лавками зал. В противоположной от входа стороне виднелся стол для раздачи еды. Но сейчас на нём ничего не стояло. В углу располагался проход, видимо, в кухню.
Ингерда велела мне ждать её за столом, а сама отправилась за ужином. Я сидела и гадала, кем же она являлась в этом храме. Явно не рядовая служительница, раз у неё свой кабинет и она вот так запросто может родственницу пустить пожить к себе несколько дней.
Вернулась Ингерда довольно быстро с подносом в руках. Она принесла две тарелки с супом, чай и две булочки с изюмом. Мы молча поели, сложили посуду на поднос и вышли из столовой. Снова пересекли двор, но не стали заходить в храм, а направились к стоящему рядом зданию.
Ингерда открыла дверь и велела заходить. В помещении оказалось темновато, горел один-единственный светильник где-то вдалеке. Освещения хватало едва-едва, чтобы разглядеть небольшой пустой холл, из которого в одну сторону вёл узкий коридор, а в другою — лестница. Служительница храма повела меня не в коридор, где горел свет, а к лестнице наверх.
Коридор второго этажа походил на тот, где был чулан, в который меня вывел портал ведьмы. Но тут дверей было меньше, а окон больше. Мы дошли до середины и остановились. Ингерда достала связку с ключами, отперла замок и распахнула дверь, снова велев мне заходить первой.
Комната оказалась небольшой. В углу стояла кровать, рядом тумбочка, на которой горел светильник. В противоположном углу был шкаф. И всё, мебель на этом в комнате закончилась. И где мы будем спать? Вдвоём на не очень широкой кровати?
— Сегодня спать будем вместе, а завтра принесу раскладную кровать, — Ингерда словно прочитала мои мысли. — На первом этаже есть ванна и туалет. Завтра покажу тебе.
Привередничать было глупо, поэтому только кивнула и принялась стаскивать с себя балахон. Свернула его и огляделась, раздумывая, куда положить. Ингерда тоже сняла балахон и подошла к шкафу. Открыла его и положила балахон на одну из пустых полок. Я последовала её примеру и положила свой балахон на полку ниже. Затем проследила за тем, как Ингерда расстегнула хитрую пряжку на ремешке сандалии, и тоже разулась.
Спать меня положили у стенки. За весь день так намаялась, что была рада уже ну хоть куда-нибудь прилечь. Меня сейчас не волновало ни то, что никакой ночнушки мне не дали, ни то, что впервые ночевала не дома. Едва голова коснулась подушки, как я провалилась в сон.