- Кто? - не расслышал Генка.
- Дед Пихто, - огрызнулась я, - встань около меня, я тебя рябиновой веткой обведу.
Лицо Генки сначала вытянулось, а потом он стукнул себя по лбу и даже улыбнулся.
- Вспомнил! - перестав дрожать, хохотнул он, - Деревенская магия, лечение детей от испуга. Мне так мама в детстве делала.
- Молодец, тётя Марина, - выдохнула я.
А я-то боялась, что Сидоров сочтёт меня за сумасшедшую. Короче, магический ритуал я совершила без проблем и особых сопротивлений со стороны объекта воздействия.
Геныч и впрямь успокоился. Мы даже пошутили насчет того, что, к сожалению , нам никто не поверит, если мы выложим в сеть рассказ о том что с нами происходит. В лучшем случае, зрители сочтут нас за придурков, которые общаются с шубой, наверняка под воздействием какого-нибудь запрещённого препарата.
Оставалось только убедить Геныча держать меня за руку. Но и это не принесло хлопот. Сидоров обхватил мои пальцы своей широченной ладонью так, словно зажал в клещи. И мне показалось, что сделал он это не без удовольствия. Мы переглянулись и, перешагнув порог, одновременно зашли в дом.
***
С момента нашего отсутствия на кухне ничего не изменилось. Варвара продолжала сидеть в ободранной шубке на столе, свесив тощие ноги и покручивая в пальцах растрепанную косицу.
Хорошо, что вчера Гена тщательно подмёл пол, подумала я, усаживаясь на скрипучие половицы. Сидоров, как настоящий джентльмен, не выпуская моей руки, убедился, что я расположилась удобно и только потом плюхнулся рядом.
Его ладонь была горячей. Волнуется, наверное. Раньше бы и не заметила, но теперь, когда мы словно сросшиеся руками сиамские близнецы, всё ощущается по другому.
- О чём хотите спросить? - на правах хозяйки поинтересовалась Варя и обвела нас хитрым взглядом.
- Ты приведение? – еле слышно произнёс Гена.
- Нет! - обиженно отвела прозрачные глазки девочка - Я Варя-пустодомка. Я вполне себе реальная сущность, которую обычные люди не видят, не слышат и не ощущают. Про другие измерения и энергетические поля слышали?
- Конечно! - выпал Сидоров.
- В общих чертах, - призналась я.
- Буду краткой, - объявила пустодомка. Любая энергия, а уж энергия мысли тем более, не исчезает бесследно. Если у людей есть семья, то она достаётся потомкам. А если человек, по каким-то причинам, жил один, то энергия его мыслей остаётся навсегда запечатанной в стенах жилища.
Далее всё просто, если в таком доме поселяются новые жильцы, то они воспринимают невостребованную энергию как ауру места. А вот если в доме больше никто не селится, и он остаётся заброшенным…
На этом месте Варя подняла вверх указательный палец и выдержала театральную паузу.
- То всё происходит иначе! Потому, как именно в таких пустующих жилищах рождаются пустодомки! По сути своей, пустодомка есть ни что иное, как концентрированный сгусток энергии бывших обитателей. Ну согласитесь, не пропадать же добру. А вам со мной повезло, я пустодомка-интеллектуал!
Варя задрала острый подбородок, расправила плечи и замерла, словно ожидая восторженных аплодисментов.
Оваций не последовало, так как у нас с Геной, во-первых, было только по одной свободной руке, а во-вторых, мы с Сидоровым пока ещё ничего толком не поняли, чтобы радоваться Вариной родословной.
- На этом месте всегда избы стояли и люди жили, даже этому домику больше сотни лет, - не дождавшись от нас восхищённых эмоций, продолжила пустодомка, - и так уж сложилось, что хозяевами здесь были очень интересные, необычные, но одинокие личности.
Сначала тут поселился пришлый чародей Порфирий, с приёмной внучкой травницей. После них отлучённый от церкви поп-расстрига. Он считал что на него возвели напраслину и подстдели с тёплого местечка. Единственным нарицанием в его адрес была неуёмна тяга к познанию мира. Представляете, он сам собрал микроскоп и пытался изучать мельчайшие организмы.
После отлучённого от церкв священника, здесь поселился ссыльный революционер. Тот был математик и учил местную детвору правилам счёта. Потом домик некоторое время пустовал, пока не дождался очередную хозяйку- известную писательницу, сочинительницу сказок. Она собирала по окрестным деревням местный фольклор и писала книжки. Важная была персона, за ней из города даже машину присылали.
Последним хозяином был следователь милиции, у которого преступники двух ребят, из его отдела убили, а он себя в этом проишествии так корил, так корил, что с горя уволился и в Мухоморовку перебрался.
Варвара перевела дыхание и обвела нас пристальным взглядом. Дескать, всё ли услышанное нам понятно и можно ли продолжать дальше? Видимо, удовлетворившись нашими сосредоточенными лицами, выражающими заинтересованность, она довольно улыбнулась и заговорила вновь.