- Выкрутятся, - безнадёжно махнул рукой Геныч, - Женька спала и не видела, уезжал он с ними или нет. Нет никаких свидетелей. И вообще, я думаю, нужно вести себя тихо и не пороть горячку.
Санька, извинился что забыл про чай и взяв ведро отправился за водой.
- Ты куколок не потерял? - я с тревогой уставилась в самые зрачки Генкиных серых глаз.
- Ты что?!
Он даже отпрянул и постучал себя по раздутому, застегнутому на молнию, карману спортивных штанов. Я облегчённо вздохнула и тут же снова накинулась на друга.
- А про пустодомку Саньку рассказал?
- Ты что? - снова повторил Гена, - Кто ж в такое поверит? Нет, Женька, это всё только наша с тобой тайна. Саньке я передал только то, как глумилась Лиходеева и как ржал её сынок, который по идее должен был быть на рыбалке вместе с твоими.
- Что делать будем?
- Подождём отца и узнаем, как Вила.
- А про меня что скажем, почему я здесь?
- Просто, - замялся Гена, было видно, что сам он об этом ещё не подумал.
- То-то и оно, - вздохнула я, - просто сидит такая твоя одноклассница и уходить не собирается. Думаю тебе лучше меня где-нибудь спрятать, а то ещё дядя Игорь возьмёт, да и отвезёт меня обратно в Мухоморовку. Что тогда?
- Ну спрятать, так спрятать. А ты в сарае на раскладушке спать не забоишься?
- Я уже ничего не забоюсь. Ты мне только фигурки эти отдай. Я их внимательно рассмотрю.
- Может не надо, опять плакать станешь.
- Плакать стану, если мёртвые тела увижу, а сейчас только думать.
Генка нехотя вытащил из кармана свёрток и протянул мне.
В сарае оказалось вполне себе прибрано и уютно. По мне пусть уж лучше немного пахнет пылью и дровами, чем клеем и краской. Я сидела верхом на узкой, застланной спальным мешком, раскладушке, разложив перед собой куколок.
В памяти всплыла картина, как Наина, и два её волонтёра, сидели у ямы с водой, по которой плавала лодочка с малюсенькими человечками. Получается они тогда колдовали! А один из этих лже-шведов ещё и рыбу крошил в воду! Типа - удачная рыбалка!
Рано утром, когда только начало светать, меня разбудил Гена. Я так пригрелась в спальном мешке, что вылазить не хотела.
- Сколько сейчас время? - спросила я.
- Почти шесть.
- Тогда ещё посплю, можно?
- Жень вставай пожалуйста, - извиняющимся тоном попросил Сидоров, -у меня отцу будильника не надо, он каждое утро ровно в шесть тридцать встаёт.
- Ты бы пока в туалет сходила, а то потом батя на первом этаже начнет фанеру распиливать, вряд ли мимо него незаметно проскочить получится.
- И это надолго? - встревожилась я.
- На весь день. Но нам повезло, батя велел нам с Саньком на его машине в райцентр ехать, там кой-какие материалы прикупить, сам-то он вчера с Вилой провозился и в магазин не попал. Поэтому вместе поедем, Санёк за рулём, ну а мы пассажирами. Только я здесь в машину сяду, а ты до конца улицы прогуляйся , там мы тебя и подберем. Выйти с участка не проблема, за сараем забора нет. Вдоль стеночки прокрадёшься и на улице окажешься.
- Мне главное Виталину отыскать, - напомнила я Генычу.
- Будь спок, - кивнул Сидоров, - батя её в травматологию определил. Я знаю где это.
***
До райцентра добрались без приключений. И здание местной больницы тоже нашли легко. Оно располагалась в одноэтажном доме, прямо посредине посёлка.
На встречу с Виталиной отправились вместе с Геной. Он и слышать ничего не хотел про то, чтобы я одна с ней встречалась.
Грузная бабка, дежурившая в приёмном покое, на вопрос в какой палате находится пациентка из Листвяновки, охотно назвала номер палаты и выдала голубенькие бахилы.
- Она тебя с утра ждёт! - пробурчала старуха, - Говорит мне, не задерживай Митрична, крестницу мою. Мне, говорит, ей срочно кое-что передать нужно.
- Крестницу? - удивилась я, - А вы уверены, что она про меня говорила?
Тут Генка, легонько наступил мне на ногу, давая понять, что бы я с больничным стражем в дебаты не вступала.
- Тебя, тебя, - недовольно пробурчала старуха, - она тебя точь в точь описала! Иди уже…
- Ой! - спохватился Генка, - А мы без гостинцев, надо было хоть фруктов в магазине купить. Вот ведь, растяпы.
Я приуныла. Действительно, не красиво как-то получилось, да только у меня и денег то не было.
- Ты иди, - распорядился Сидоров, словно прочитав мои мысли, - а я «мухой» в магазин и обратно.
Дойдя до нужной палаты, я легонько постучала в дверь.
- Заходи Евгеньюшка, - донесся изнутри слабый голос.
Больничная палата выглядела не «айс». Такой «прямоугольничек» с голубенькими стенами. Древняя краска местами облупилась, обнажая серые бетонные кляксы. Кроме кровати, - медицинский столик на колесиках и узенкая кушетка у стены.