Правда ужасно и унизительно, когда о тебе рассуждают в таком ключе?
Вот мой нежный и романтичный Гарри Альбертино Сальвадоре, не посмел бы так цинично сравнивать меня с тягловой силой и средством передвижения. Наверное, в этом и есть принципиальная разница между теми кто тебя любит, и теми кто с тобой дружит. Друг не видит в тебе девушки… Для него сидеть на мне верхом - пустяки!
А я вот переживаю! Вдруг они ошиблись? И для меня семьдесят два кило - это ого-го-го сколько. Я же не такая сильная, как казахстанская штангистка Зульфия Чиншанло, которая в шестнадцать лет завоевала «золото», подняв сто тридцать килограмм .
Однако, не в моей ситуации недовольства высказывать.
Сижу, помалкиваю и снова держу Геныча за руку, не отпускаю. Ну а что прикажете делать, если в этой сумасшедшей ситуации мне уготована роль ретранслятора, работающего в режиме реал-тайм. Это когда сигнал передается в тот же момент времени, в который и принимается. Можно конечно было порекомендовать ему снова подержаться за Матрёну. Только почему-то мне этого не хотелось.
Глава 15 "Экстренный вылет"
Всё случилось, когда чародей Парфирий собрался дать мне подробный расклад о том, как пользоваться крыльями. Он успел только произнести, что взлетать легче всего сбросившись с высоты…
Но тут входная дверь резко распахнулась и на кухне появились мать и сын Лиходеевы.
- Какое интересное общество здесь собралось, - изобразив на лице крайнее удивление, воскликнула жаба, - но и мы не без сюрприза! Игнаша покажи, что у нас есть!
Лиходеев младший, до этого держащий руки за спиной, резким движением выставил перед собой птичью клетку, внутри которой, не шелохнувшись, сидела напуганная сорока Виталина.
- Не искоренима глупость людская! И как же я всех глупых людишек обожаю! Мечутся, чего-то придумывают, да придите и спросите, и я всё вам растолкую… Нет! Думают что сами чего то стоят. Смешные…
Она поправила парик и упёрлась взглядом в нас с Генычем.
- Короче так, дети и их призрачные наставники! Если второго августа, до полуночи, вы не доставите мне мою драгоценную косу и отвратительную мерзавку Лесну, то на следующий день я уничтожу не только вас и ваших родственников, но всех жителей Листвяновки! А потом и до города доберусь…
- Врёшь! - не выдержала я, - без волос ты так себе волшебница… В косе у тебя сила! Да если люди соберутся, они тебя, вместе с твоим драным кошаком, снова в землю закопают.
- Не соберутся! И не закопают! У меня с местной администрацией договор о совместной деятельности подписан! Сейчас другие времена, девочка, а я инвестор! Деньги решают всё! А денег у нас с сыночком завались! Про пять сундуков золота моего мужа Алексея Соколова слыхала? Мы с Игнашей только один сундук государству сдали. Остальные четыре по своему усмотрению используем!
Мать и сын обменялись воздушными поцелуйчиками.
- Жень, если я руку разожму, эти не исчезнут?
-Ну что ты, милый! - услышав о чём спросил меня Сидоров, театрально закатила глаза Наина, - «Эти», она указала пальцем на себя и Игната, никогда не исчезнут! Мы здесь навсегда!
Дальше всё произошло как в кинобоевике.
Генка вскочил с места и кинулся к стоящему в стороне микроскопу. У меня сердце замерло. Схватив тяжёлый, старинный прибор он в два прыжка подлетел к Лиходеевым и треснул по башке сначала растерявшегося Игната, а затем зафентилил жабе. Игнат взвизгнул и превратился в кота. Клетка с Виталиной вывалилась из его рук, от удара открылась дверка и сорока, тяжело захлопав крыльями, вылетела в дверь.
- Жень, молоток в багажнике! - крикнул Генка, и я стремглав выскочила во двор.
Не прошло и минуты, как я вернулась, держа в руке инструмент. Однако молоток не пригодился.
Прямо напротив незваных гостей, с вытянутой вперёд рукой, стоял поп Серафим и нахмурив лохматые брови и бормотал скороговоркой:
««О, великий угодник Божий, Преподобный отче Серафим! Услышь мольбу от нас, смиренных и немощных, обремененных грехами о помощи и утешении. Приникни к нам просящим и помоги нам устоять …»
От его слов кот Игнат начал пятиться к дверному проёму, а Лиходейка, закрыв глаза, повалилась на бок и захрапела.
- У нас минута, - прервав молитву, крикнул поп, - Не оставляйте нас здесь на верную погибель!
- В шубу! - скомандовал Генка.
Призраки повиновались и исчезли. Не долго думая, Геныч, напялил на себя заячью доху. И потащил меня к лесенке на чердак.
- Срочно мажь свой шрам! - заорал он, как только мы оказались на крыше, - мажь и лети!
Трясущими пальцами, и чудом не выронив бутылочку, я плеснула на ладошку половину содержимого и принялась втирать смесь в символ шестнадцатой руны. Там где я втирала, становилось невыносимо горячо, а потом прямо из руны появились лучи.