- Конечно, милая! Это же я тебя на свой топчан укладывал. Ты спала очень долго… Чужие крылья забрали у твоего тела много сил. Как сейчас себя чувствуешь?
- Если бы не слепота, то сказала бы что отлично. А как думаешь, когда бореи вернут нам с Геной зрение?
Спросив об этом, я испытывала волнение. А что, если заключая со мной свой Пропаданский договор, хозяева этого мира, выслушав мою просьбу, захотят оставить меня слепой навсегда? Стало жутко. С одной стороны я не стану ни секунды раздумывать, и если так нужно , то пусть так и произойдёт, лишь бы мама, папа и Анюта смогли вернуться из Пропада.
Но с другой стороны…
Про другую сторону думать хотелось меньше всего… Да чего это я паникую, ещё бореи своих условий не ставили. Да и что это за эгоизм такой, вон Генка, он вообще из-за меня ослеп, а ничего держится бодряком. Эх, Женя Суслова, ну ка возьми себя в руки!
Стоило мне мысленно отдать себе этот приказ, как снаружи жилища, где мы вели беседу, раздались возбуждённые голоса.
- Павел Иванович! Павел Иванович! К вам гость! Он спускается по дорожке ! До чего воспитанный мужчина! Он помахал мне рукой!
- Почему так быстро? - встревоженно, с отчаяньем в голосе, произнёс дед, - я ведь даже не успел сказать, где спрятал ведьмины волосы. Дед склонился к моему уху и я почувствовала его горячее дыхание.
- Женечка волосы спрятаны под крыльцом … в одном из домов Мухоморовки, который я тебе показывал во сне, - торопливо заговорил он, гладя меня по руке, - Вспомни внученька! Пожалуйста, вспомни! И торопись, времени у тебя ровно до твоего дня рождения. Бореям ни в чём не перечь, но и на исполнении своих желаний настаивай до последнего. Ты у меня душа чистая, они тебе помогут… А мне пора, меня зовут…
- Дед! Что с тобой? Дедушка, не уходи!
Да что ж такое происходит?! Почему он ведёт себя так, словно прощается. Я хотела встать, но мои ноги отказывались повиноваться, меня к этому чёртову пеньку словно клеем приклеили.
Считается, что незрячие от рождения люди, воспринимают мир по-другому. Их сознание неспособно представить ни красок, ни образов окружающей его действительности. Такие люди не могут вообразить зеленый лист дерева или багрянец заката, они не могут понять, как выглядит дорога, уходящая вдаль или на взгляд определять размеры различных предметов.
Для таких людей зрения, как органа восприятия, попросту не существует. Ведь область мозга, которая отвечает за преобразование зрительной информации, у них не функционирует.
Их мир состоит из звуков, вкусов, тактильных ощущений и запахов, и именно эти чувства у них обострены гораздо больше, чем у зрячих.
Лишённая способности видеть, я сидела, погружённая в кромешную тьму, понимая, что вокруг происходит какая-то невероятная суета: топот ног, звуки передвигающихся предметов, возгласы Матрёны и Альбины Модестовны, короткие распоряжения Парфирия и замечания Михельсона, всё сливалось в единую какофонию, от которой тошнота подступила к горлу.
- Дедушка! Где мой дедушка! Позовите его! - отчаянно просила я, но мой голос тонул в окружающем гвалте.
- Давай посадим Генадия рядом с Женей, это её успокоит. Смотрите, как она волнуется, а ей сейчас придётся вести переговоры и принимать решения.
Судя по голосу, здравая мысль принадлежала Олегу Владимировичу. Рядом со мной раздался характерный звук, будто по полу проволокли что-то тяжёлое.
-Знатная лавка! Тяжеленная! - выдохнул Серафим, - интересно, что за порода дерева такая?
- Ну вы даёте Серафим, не знаю как вас по батюшке, - иронично отреагировал Михельсон, - мы когда гуляли по хороме дендролога, каких только растений не встречали. А вы скамейке из «железного дерева» удивляетесь… Не логично.
- Не мели, Емеля, - огрызнулся бывший священник, - железных деревьев в нашем мире не существует! Это, наверное, местная порода, пропаданская…
Рядом со мной послышались шаги нескольких пар ног, а затем послышалось Генкино бурчание.
- Никакая не пропаданская! Это может быть «парротия персидская», которая имеет очень прочную и тяжелую древесину. Поэтому персы называли это дерево - «сломай топор» или «железное дерево».
Я чуточку успокоилась. Раз Сидоров в своём амплуа и как всегда умничает, значит всё в порядке.
- Жесть, как непривычно, - Генка ощупал руками лавку.
Раньше на такой тихий звук я бы и внимания не обратила, а теперь, словно летучая мышь, была вынуждена прислушиваться к каждому шороху.
- Жень, ты как? - спросил Генка, присаживаясь справа от меня.
- А ты? - вопросом на вопрос спросила я.
- Нормально, - сухо ответил друг, - Парфирий говорит, это временно… Ну в смысле, зрение пропало…
- Ну, да, - согласилась я, - интересно было бы на этого гостя-парламентёра посмотреть.