- Позвольте мне просить руки вашей дочери, прекрасной и восхитительной Евгении!
- Но … позвольте, - нахмурился папа, - Жене всего шестнадцать! Какая свадьба?
- Не свадьба, - помолвка, - мягко возразил Гарри Альбертино, - помолвка, как провозглашение взаимного согласия влюблённых на вступление в брак, с этого дня мы станем женихом и невестой. А свадьбу сыграем, как только Евгении исполнится восемнадцать.
- А как же учёба, а как же получение профессии, Женечка, ты хорошо подумала? - не унимался папа, - и потом… мы с мамой всегда считали, что парня лучше, чем Гена Сидоров, тебе не найти.
- Оркестр, музыку! Вальс жениха и невесты! - громко произнёс капитан, и папины слова растворились в зазвучавших аккордах.
Я даже упустила момент, когда начался наш танец. Мы кружили под музыку, и рука Гарри плотно лежала на моей талии. С потолка сыпалось разноцветное конфетти, а мой жених страстно шептал мне слова любви. Он поднял меня на руки и прижал к груди. Музыка остановилась.
- Я хочу тебя поцеловать, моя прекрасная Евгения!
Лицо Гарри приблизилось, и я закрыла глаза.
Стоп! Стоп! Остановитесь!
Это кричал Сидоров.
Я моментально пришла в себя и снова оказалась рядом с другом в белом тумане.
На Генке не было лица. Вернее, оно, конечно же, было, но такое несчастное и бледное, что мне стало страшно.
- Ген, ты чего?
Я хотела дотронуться до его плеча, но Сидоров отскочил как ужаленный.
- Ничего! Ничего! Отстань!
Ну ничего, так ничего. После долгого танца у меня гудели ноги, и я не придумала ничего лучше, как сесть и перевести дыхание.
***
Поверхность подо мной слегка завибрировала и словно сдвинулась с места. Ну ничего себе, я даже не поняла, как переместилась на сидение полупустого автобуса.
Я сидела у окна в новеньком ПАЗе. Такие автобусы стали недавно курсировать от нашего города до областного центра. На улице смеркалось, и я стала рассматривать своё отражение в оконном стекле. Мне показалось, что я выгляжу чуточку старше и строже. Мои пышные волосы забраны в смешной пучок на макушке. На мне джинсы и лёгкий свободный свитер бежевого цвета. Рядом на свободном месте сидения стоит рюкзачок, из кармашка которого вижнеется смартфон.
Я вытащила гаджет и с удивлением обнаружила на экране новый ярлычок. Внутри малинового значка была нарисована квадратная академическая шапочка со свисающей кистью, торжественный головной убор для студентов и преподавателей высших учебных заведений. Захотелось активировать...
- «Евгения Суслова, факультет журналистики», - прочитала я, и с любопытством заглянув в электронную зачётку, обнаружила, что окончила первый курс с прекрасными оценками по десятибалльной шкале.
Блюмкнул Эсэмэс. Это было сообщение от Анюты.
«Женёк, Гена, вернулся из армии. Забегал к нам. Узнал, что ты приедешь вечерним рейсом, сказал, что встретит. Удачи!» Послание сопровождалось подмигивающим смайликом.
Автобус резко дёрнулся и притормозил.
- Вот ведь рокер чокнутый, что творит! Хорошо, дорога пустая! - выкрикнул водитель.
Я посмотрела в окно и увидела мчащегося рядом с автобусом мотоциклиста. Лихой наездник махал мне рукой. Это был Генка!
Счастливо улыбаясь, я подхватила рюкзак и направилась к выходу.
- Пожалуйста! Пожалуйста! Остановите! - как можно жалостливее попросила я.
-А до остановки никак? - съязвил шофёр, съезжая на обочину, псих на мотоцикле твой что ли?
- Мой!Мой! Он только что вернулся из армии!
- Ну выпрыгивай, стрекоза, раз такое дело, - сменил гнев на милость дядька за рулём, открыл передо мной дверь и по-отечески добавил, - Привет солдату передавай.
Дальше всё происходило так, будто я совсем не распоряжалась своим телом и эмоциями.
Я легко спрыгнула на землю и, дождавшись, когда отъедет автобус, побежала к ожидающему меня Сидорову.
Генка стоял около мотоцикла. Это был какой-то новый агрегат, чёрный, со множеством блестящих хромированных деталей. Снятый с головы шлем лежал на сиденье. И я видела, как глядя на меня, расплывается в счастливой улыбке Сидоров.
Как же он возмужал! Прибавил и в росте, и в плечах! Чёрные потёртые джинсы и кожаная куртка-бомбер красиво облегали возмужавшее тело. Не Генка, а просто герой блокбастера!
- Здравствуй, студентка! - крикнул он и развёл руки в стороны - Ну иди ко мне, скорее!
Я тоже распахнула руки и, налетев на Гену, крепко прижалась к нему всем телом.
- Малышка моя, - нежно произнёс он и крепко поцеловал меня в губы.
Это было так классно… Ну кто бы мог подумать, что мне нравится целоваться с Сидоровым. Его губы были горячие и сухие, а ещё какие-то, по-хозяйски уверенные, и однозначно свои и родные. Мы целовались, обнимая друг друга, и не могли остановиться.