— Ты имеешь в виду… — замялся он.
— Верно подумал, — не давала ему опомниться Груздева.
— О чем, интересно, это я подумал? — тянул тот, в свою очередь, время.
— Наверное, о ночных наслаждениях с бревном, в роли которого использовал мое безучастное тело.
— Ты что?! Выпила лишку и память отшибло? — Супруг изворачивался как мог и не пытался подыскивать более мягкие выражения.
— Бутылку вина на четверых. И это ты считаешь солидной дозой? Вторая бутылка, между прочим, осталась почти нетронутой.
— Не понимаю, к чему клонишь, — пожал он плечами, подтверждая свою неосведомленность.
— Может, все-таки расскажешь о снотворном? Или тебя тоже один-единственный бокал свалил до полудня?
— Я хочу завести ребенка, — неожиданно с вызовом заявил Груздев и не отвел глаз, когда их взгляды пересеклись.
— Оригинально! — возмутилась Марина Владимировна. — А меня, выходит, твое решение вовсе не касается?
— Мне почему-то казалось, что ты будешь против.
— И правильно казалось, — с негодованием откликнулась Груздева. — Только твои планы не совпадают с моими.
— Прости, — произнес он как-то обыденно, словно совершил невинную детскую шалость, за которую самое многое, что полагается, — постоять минут пятнадцать в углу.
— Вот что! Завтра же мы подаем заявление на развод.
— В моих планах развод не предусмотрен, — раскрывал карты Груздев.
— Значит, бескорыстная помощь — обыкновенная видимость?
— Ты даже представить себе не можешь, наивная головушка, сколько мне пришлось выложить за расширение жилплощади.
— Если я в чем и наивная, то только в том, что доверилась такому негодяю.
— Меня имеешь в виду?
— Кого же еще?
На его лице отразилось искреннее изумление.
— Неужели веришь в безвозмездную помощь до такой степени?
— Нет, конечно. Но ты как-то обмолвился, что стараешься для своего сына, который и так обделен отцовской лаской.
— Плевать мне на него, — цинично заявил Сергей Емельянович.
— Все ясно. — В чистых голубых глазах было удивление и разочарование. Она встала с софы и направилась в прихожую.
— Ты куда? — перехватил супруг ее за руку.
— Не твое дело. — Она явно презирала его.
— Как это не мое? — взорвался было Груздев, но передумал и сменил гнев на милость. — Я люблю тебя, милая, и лишь это чувство толкнуло меня на не очень благовидный поступок. Для нашего счастья стараюсь. — Он продолжал удерживать ее за руку.
— Отпусти, мне противно с тобой разговаривать, — даже не удосужилась ответить на его объяснение Марина Владимировна.
— Значит, принимать дорогостоящие подарки — нормально, а выполнять супружеские обязанности противно? — заводился фиктивный муж, понимая все по-своему.
— Я не хочу скандала, позволь мне уйти.
— Нет уж, останься.
Мужчина дернул ее на себя и впился в ее губы поцелуем. Женщина уперлась руками ему в грудь и пыталась отодвинуться, но он крепко удерживал ее за талию.
— Мне больно, — отвернула она лицо в сторону.
— Потерпишь.
Он незаметно подталкивал ее к софе.
— Я милицию вызову, — пригрозила Груздева.
— И пожалуешься, что преподнесла утром мужу бокал вина и он начал приставать к тебе? — продолжил он за нее.
— Негодяй, как ты мне мерзок!
Сергей Емельянович грубо повалил ее на софу, завел руки за спину и, удерживая их одной рукой, другой разорвал халат, и прекрасное обнаженное тело затмило разум…
…Марина Владимировна еще долго лежала одна, растрепанная, уставившись немигающим взглядом в потолок. По выражению ее лица и застывшим зрачкам сложно было определить ее состояние — одна пустота. А Груздев ушел из дома и до вечера не появился.
С этого момента у них установились странные отношения. Женщина впала в меланхолию и безукоризненно исполняла свои супружеские обязанности, хотя и без всякой радости. Казалось, она смирилась с судьбой. Партнер же по браку такое положение вещей считал своеобразным достижением — первым этапом далеко наперед продуманного плана. Он был уверен, что когда-нибудь удастся растопить толщу льда и ответная любовь станет наградой, долгожданной и, по его мнению, заслуженной. Но время шло, а ничего не менялось.
Как-то вечером Марина Владимировна припозднилась с работы.
— Почему задержалась? — призвал к ответу строгий муж.
— На старую квартиру заходила за почтой.