КРЕСТЬЯНИН
И, ебать, это хуйло, прикинь, опять в залупу полезло, за тесак свой схватился, мол, хуле я этих…как их там? Ну, короче, крокодилов его оскорбляю, а этот, блять, певун ртом, короче, ебать сразу его осёк, мол я прав. Ну, так оно и есть. Ваще, он нормальный мужик, вон, с утра с ним сидели, самогонку распивали, а хуле ещё делать? Поле вспахивать не надо, типо, ебать, можно хоть на голове плясать. Вон, помню, ебать, неделю назад я на голове научился плясать. Короче, оно так делается. Ты на голову, ебать, встаёшь, и плясать начинаешь. Я, вот, давно уже хотел на голове плясать научиться, как это называется, надо там жена всё пилила, пилила. Говорит, мол, какого хуя творю, типо, блять, надо это, ебать мои колёса, гыыы. Короче, надо поле пахать да жрать поменьше. А я, ебать, на голове плясать хотел научиться. Говорю, мол, ебать хочу, и всё. Ну, она говорит, мол, это всё от бухла. Ну, правда есть, типо, помню, бухнул так, а с утра, блять, я, блять, обосрал, блять, я перданул, блять, и обосрал свои эти портки, нахуй, и пришлось жене от говна их немножко оттереть, блять, и бросить в тазик, нахуй, и потом жопу ещё подмыть, блять, и всё это заняло время, бля. Вооот, ёптыбля. Такая вот хуйня. Это всё из-за бухла, блять. Бухло слабит, типо, расслабляет во всех смыслах этого слова, ебать. Ну, жинка охуела от такого, помню, но хуле, блять? Водка и табак — одно добро, одно здоровье, ващет. Но она журила меня, журила. Говорила, мол, к соседу съебётся. А раз мне в жопу не дала. Сказала, заебал пить и на голове плясать хотеть. Ну, я возьми её и ёбни по голове лопатой, что та сдохла, воооот, ёптыбля. Ей череушку пробил, ебать, мозги все вытекли тут же, чи как эта хуйня называется. А чё, ебать? Правильно, бля. Ну, и короче, там и поп этот тоже тесак свой схватил, мол не у него на хате это делать, а чё ебать? Я, ваще, этих попов там, певунов всяких, петухов этих, блять, богатых, нихуя не вразумею. Как в разных мирах живём, ебать. Вроде, блять, все дохлые, а всё равно кто в залупу лезет, кто ровно себя ведёт, короче. Говно, ебать. Жопа! Пиздец, нахуй. Ну и, короче, как говорится, петух, блять, пельку свою завалил и уселся, сука, а я сесть не могу! У меня опять гемморой вылез, ебать его в сраку, ёптыбля. И там, этот, сука, блять, пидор гнойный, смотрит так, пальцем показывает и хихикает так неприятно ещё. Ну, я и думаю, въебать, или так оставить? Ну, думаю. Чё, я терпила, ебать мои колёса? Ну, подхожу я к нему, за шмот спрашиваю. Типо, хуле он петушится — тоже помер ж, ебать. Но там, блять, этот петух хитровыебанным оказался. Говорит, мол он — хуй богатый, а я хуй бедный, и шмот спиздил. Ну, ваще он прав, я эту броню спиздил-то ебать. Но там, блять, такая ситуация была… Короче, ладно, похуй, ебать. И, как это называется, бля, стушевался я. О какое слово вспомнил! Это меня певун ртом научил. А как же? И, блять, они друг с другом начали пиздеть. Мол, хуле петух такой выёбистый пришёл, а тот говорит, мол родился таким, права имеет там всякие на это, а мне похуй? Я свою кубышечку дальше пью… О, ебать, зуб выпал. Ну, всё, ебать. Это меня крокодилы попа наказали, походу. Ну, похуй, буду на голове плясать. Чё, зря хотел, ебать? Мне много не надо. Певун ртом чё-то там про пуэзию свою затирает, блять, этот про свои побрякушки, ебать, байки травят. Поп, ебать, говорит, мол, мы все наказаны за какую-то хуйню. А хуле с него? Жил в клетке, молился табуретке. Нихуя жизни нашей рабочей не знает, а пиздит с важным видом. Ну и хуйлан! Нихуя не понимаю, короче, всё. В пизду.
КРЕСТОНОСЕЦ
И молвил владыка земель местных, что отвернулись Внешние, истинные повелители наши, и что своей дланью он править будет, и сын музы вторил ему в отчаянии своём. Говорил он, что пал план наш земной, и не чума карой стала, но посмертие наше. Но дал ответ я перед Внешними и молвил отрокам неразумным: «Внемлите. Внешние — родитель наш, и зла нам не желает, но научить нас желает смирению и заповедям своим, ибо отвернулись мы от них, и пленили нас монеты и страсти, и от Забытых все грехи наши. Очиститься нам надо от них, суть жизни поняв иначе, но не Внешних поняв, ибо их понять не дано.» И было так. И стали глупые речи свои чёрные молвить, но согласился сын музы, что отдался человек монет звону. Но глупцом остался он, ибо говорил он неразумное, что в посмертии своём священном человек должен пасть в объятия музы. Не ведал он, что путь этот к Забытым ведёт, и зло это великое, но не слушал он, ибо рассудок свой потерял и в грехах своих смертных не каялся, что жил он блудом и потомства не имел. И разгорелся спор тогда жаркий о посмертии суть, и молвил я, писание священное читайте, ибо закон это. Но молвил сын музы тогда, что он теперь закон над собой, и видим мы план иначе. И владыка земель местных поддержал его, что тоже закон себе напишет. И в грех они впали. И рассмеялся алхимик блаженный тогда, и молвил он, что в пещере все живём, ибо не ведаем картины. Но грешен он, ибо за ересь эту жену и дитя своих умертвил и обряд нечестивый провёл. И должен покарать его я, но явились мне Внешних образов и сказали они: «Не убий того, у кого глаз есть, ибо видит он мир свой так.» И принял я его как отрока своего, ибо на то воля Внешних была, и не стал его трогать тогда, но научить был обязан.