Может, я зря?
Хуй с ним, что там задумала мамаша Клавы. Если бате нравится обманываться, и он счастлив с ней?
Неспроста же женился. Второй раз в жизни.
Но наблюдать за тем, как его тупо разводят, тоже не могу.
— Думаю, ты прав, — выдаю нехотя. — Батя охотнее согласится, если гном переедет сюда. Не придется лишний раз с ним сраться.
— Ну, — морщится Матвей и косится на Клаву. — Есть один моментик, который может его смутить в этой ситуации.
— Какой?
Он многозначительно опускает взгляд, после чего вновь смотрит на меня с понимающей ухмылкой. Типа ты что, не догоняешь?
А я реально не догоняю, чем ему не угодила моя ширинка. Застегнул же. А легкий тонус в члене, так Китти старалась. Отложенный эффект.
— То, что я девочка, идиот, — стонет гном. — И мы не родственники. Кровные.
К счастью.
— О, ты планируешь прокатиться у меня на члене в качестве бонуса? — хмыкаю, зыркнув через плечо на покрасневшую Клаву. — Не переживай. Будешь до хуя вмешиваться, баб выгонять, как сегодня — прокатишься. Гарантирую.
Кстати, сегодня, в рамках акции на литнет, действуют скидки на две мои горячие романтические комедии!
Твоя постоянная
https://litnet.com/ru/reader/tvoya-postoyannaya-b484541?c=5782499&p=1
Он не понравился мне с первого раза.
И с двадцать пятого тоже не превратился в принца на белом коне. Александр Левицкий из тех мужчин, кто привык все получать на блюдечке. Особенно девушек, которые его динамят по разным причинам.
Он всегда получает, что хочет.
Но я не сдамся. Потому что влюблена в своего горячего босса и всякие хамоватые миллиардеры с их непристойными предложениями меня не интересуют!
Наверное…
Катись, бывший!
https://litnet.com/ru/reader/katis-byvshii-b460303?c=5338416&p=1
Наш роман с Лазаревым был бурным и недолгим.
Он уехал к невесте, не оставив мне номера телефона, зато подарил взамен кое-что другое.
Мальчика с голубыми глазами и светлыми кудряшками, как у него.
Все пять лет я не вспоминала про его отца.
Пока Лазарев не появился на нашем пороге и не сказал:
— Я хочу видеть сына
Глава 13. Клава
Плохая идея, очень плохая.
Жизнь в одной квартире с полудурочным сводным братцем закончится кровавой бойней, где не будет победителей. Или я убью его и сяду в тюрьму, или он меня и тоже отправится шить одеяла за решетку.
— Милая…
Мама поджимает губы, пока я старательно давлю улыбку на пару с Матвеем и Егором. Ее взгляд темнеет, грозовые облака обещают мне и двум моим сообщникам кары небесные. Даже придурок несильно втягивает голову в плечи, когда встречается с ней взором.
— Мы хотим самостоятельности! — говорю твердо в пятый или шестой раз, пока удерживаю дрожащей рукой смартфон. — Мне нужна моя работа, полная свобода действий и все такое. К тому же мы с не будем болтаться у вас под ногами и мешать вашему медовому месяцу.
От последних слов нас с Егором едва не тошнит на барную стойку, но желание выбраться из-под родительского надзора и вкус свободы оказываются сильнее. Да и неприязнь к нему понемногу стихает в душе.
Не знаю, с чем связано.
Или дело в его матери, при упоминании которой он превращается в демона, или в уязвимости, пойманной россыпи золотых искр во взгляде. Те оскорбительные слова явно задели Егора. Не то чтобы мне жаль его, но я не из тех, кто бьет лежачих. Не стоит касаться этой темы, как бы сильно я не злилась.
Но сама идея съехаться с ним одновременно кажется бредовой и прекрасной. До моей работы отсюда рукой подать, всего пара остановок на метро. Университетский городок тоже рядом, всего полчаса пешком.
Чего бы не воспользоваться предложением? А Егор… Как-нибудь уживемся.
Наверное. Или все-таки поубиваем друг друга.
— Мам, — решительно смотрю на нее немигающим взглядом, — я уже не маленькая, — рядом раздается фырканье, и я беззастенчиво бью Егора локтем под ребра до громкого сопения.
— Да, да, тетя Влада, я обещаю, — Матвей поднимает руку и кладет ладонь на грудь, — бдеть и регулярно проверять свои хоромы на целостность минимум три раза в неделю.
— Это не отменяет того факта, что данный вопрос мне нужно обсудить с Лешей, — сухо возражает мама.