Напряжение покинуло его тело, Грей посмотрел вниз, на меня, и улыбнулся.
Показав ямочку.
Черт, но мне нравилась эта ямочка.
Я улыбнулась в ответ.
— Этого не будет, сис, — предупредил Кейси, его голос дрожал от ярости.
Я посмотрела на него.
— Будет.
— Не глупи, — прошипел он, что разозлило меня еще больше.
— Серьезно? — спросила я. — Видишь этот порез на лбу Грея, Кейси? Он получил его из-за меня. Я прилепила этот пластырь. Ты развлекался, а я была в опасности, и Грей вступился за меня. Тебе бы стоило благодарить его, а не препираться с ним. Он хороший парень. У него замечательная бабушка. Она варит очень вкусное варенье. И я буду есть с ним стейки сегодня вечером.
Брови Кейси взлетели вверх от удивления.
— Ты познакомилась с его бабушкой?
— Да, и она варит очень вкусное варенье.
Тогда Кейси прищурился и посмотрел на меня.
— Думаю, ты кое-что упустила этим утром, сис.
— Правильно думаешь, но я не спрашиваю, ты не рассказываешь, и я не спрашиваю, потому что, когда я спрашиваю, ты не рассказываешь. Теперь моя очередь, — выпалила я в ответ.
Кейси сердито посмотрел на меня.
Затем он прошептал:
— Мне не нравится эти изменения, сестренка.
Я знала, что так и будет.
Но в тот момент, стоя на милой городской площади, прижавшись к теплому твердому телу красивого мужчины, который был хорошим парнем, который заботился о своей бабушке, бабушке, которая даже сидя в инвалидном кресле, готовила вкусное клубничное варенье, мне было все равно.
Поэтому я не ответила.
Он продолжал сердито смотреть на меня.
Я выдержала его взгляд, и все это время Грей обнимал меня.
Затем Кейси покосился на Грея и потребовал, что было нелепо (и чудовищно),
— Я хочу, чтобы она была дома в десять.
Грей расхохотался.
Я переосмыслила свой бунт, услышав его смех и осознав, что он мне понравился.
Да, понравился. Это была любовь. Она пробрала меня до костей. Иначе говоря, он очень сильно мне нравился. Я слышала его смех дважды, и он уже настолько сильно проник в меня.
Да, я определенно пересмотрела свой бунт.
— Я не шутил, бро, — предупредил Кейси, и Грей успокоился, вроде как. Главным образом он хмыкнул, улыбаясь, и снова посмотрел на Кейси.
Затем он сказал,
— Ты будешь в отеле в десять, чтобы проверить?
Кейси сжал зубы, и его челюсть напряглась.
Это означало — нет.
И Грей понял это.
— Точно, — пробубнил Грей, по-прежнему улыбаясь.
Кейси наклонился еще ближе, привстав на цыпочки, и я затаила дыхание, когда он прижался нос к носу к Грею.
— Думаю, ты понимаешь, что мне это не нравится, обидишь мою Айви, и у тебя будут проблемы, — прошептал он
— А я думаю, ты не понимаешь, что не все мужчины подобны тебе, — ответил Грей, тихо зарычав и больше не улыбаясь. — Я бы никогда ничего не сделал Айви или любой другой женщине против их воли. А теперь отвали до того, как я не сделал тебе ничего такого, чего бы не хотела Айви.
О, Боже.
Кейси выдержал пристальный взгляд Грея.
Грей ответил тем же.
Я задержала дыхание.
Затем, я не могла больше этого делать и заявила,
— Если вы, двое, не прекратите, я потеряю сознание.
Удивительно, но Кейси тут же отстранился. Когда он это сделал, Грей отодвинулся назад, потянув меня за собой.
Кейси метнул в Грея убийственный взгляд, слегка смягчив его, прежде чем взглянуть на меня, затем он резко развернулся и зашагал в сторону отеля.
Грей повернулся так, что теперь я прижималась к нему спереди, а не сбоку.
Я посмотрела на него снизу-вверх.
И сразу поняла, что оно того стоило. Пережить эту сцену стоило того. И это было потому, что Грей не улыбался, не было ямочки, не было нежного взгляда, не было смеха, а лишь его глаза по-доброму смотрели на меня, но все равно, я знала, что оно того стоило.
— Ты в порядке? — спросил он.
Я кивнула.
— В пять тридцать? — спросил он.
Я снова кивнула.
Вот тогда он улыбнулся.
О, да. Безусловно стоило того.
— Рад, что его дерьмо задержало тебя в городе, куколка, — прошептал он.
Я опять кивнула. Я тоже была рада. Очень рада.
Он поднял руку и приподнял мой подбородок.
Я перестала дышать.
Пожалуйста, поцелуй меня, пожалуйста, поцелуй меня. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, поцелуй меня, монотонно повторял мой мозг.
— Увидимся в пять тридцать, — пробормотал он, на мгновение слегка сжав пальцами мой подбородок, а затем отпустил меня.
Я отодвинулась без всякого выражения и наблюдала, как он направился к своему грузовику, припаркованному на площади.