Понятно, что ничего непонятно.
А если кто-то пытается бросить тень на Академию? Ведь если серьезно пострадает сын Владыки – нам этого не простят. Надо выяснить вопрос у ректора, на каких условиях переводили драконят и подписывали ли они общий договор для студентов. Маловероятно, но все же.
Вот спрашивается, чего мне на месте не сидится? Вечно тянет на сомнительные приключения. А все темная сущность. В то время, когда светлые считают любопытство аморальным и постыдным, мы любим везде совать свой нос. Зато среди нас раза в три больше исследователей и экспериментаторов. Да, живем гораздо меньше, но гораздо ярче. Так что пройти мимо чего-то интересненького шансов у меня нет.
Помню, как в детстве стащила у гувернантки из-под подушки книгу. Леди такое читать не полагалось, но очень хотелось. Называлась она «Следователь Пронин». Там ищейка искал всяких разных злодеев. Ночью под одеялом в мерцании ещё неустойчивого светлячка я в обнимку с запрещенной литературой представляла, как выучусь и буду грозой преступников. Мечта моя сдулась очень быстро, но желание осталось.
А теперь есть такой шанс!
Сначала надо изучить улики. Увы, сапог я сама по дурости отдала Дафуру. Да и пользы от этой «улики» никакой. Ни запаха, ни магических отпечатков. Хотя…
Я в предвкушении потерла ладоши.
Ректор мной был пойман в кустах, где он старательно прятался от Финфир. Наша объемная дама нарезала круги по двору, заглядывая во все щели, горестно подвывая.
На всякий случай я присоединилась к партизанской деятельности Зария.
- Что это она? - шепотом спросила я.
- Узнала про пополнение штата, – мрачно пояснил ректор, неотрывно следя за Финфир. – И потребовала, чтобы хоть один дракон достался ей. А не «суккубе в дриадском обличии», – тонким голосом передразнил он.
- Так вроде она на Хаши виды не имела. Чего Ванду-то оскорблять?
Меня наградили взглядом казначея, у которого выпрашивают последнюю монетку, что-то крякнули и отмахнулись. Ладно, потом разберусь: попрошу Оли сходить с ней на свидание.
- Мне бы в переговорную, – невинно похлопать ресничками не получилось, но кристально честная улыбка все компенсировала, – срочно нужно.
Ректор молча вложил мне в ладонь амулет для допуска и точным пинком выгнал из кустов.
Академия Пяти Измерений изолирована от внешнего мира: накрыта всевозможными щитами, запечатана охранными заклинаниями и напичкана амулетами. Через такое прорваться даже с простым сообщением очень сложно. Но можно, как доказал мой папа. И чтобы не вводить в соблазн остальных темных, на территории (светлые даже не подумают ломать щиты) был выделен специальный канал для связи с цивилизацией. Один кристалл всегда находится в ректорском кабинете, второй - в переговорной.
Устроившись поудобнее в кресле напротив стола с визором, я набрала номер.
- «Эль Ботинок», приемная Кристианиала Лабутеннити, – пропел нежный женский голос в ответ. На экране вспыхнула картинка с логотипом компании и милое эльфийское личико. – Чем могу помочь?
- Здравствуйте, - я оскалилась в самой доброжелательной улыбке. Девушка почему-то вздрогнула. – Меня зовут Гарпия Изумительная, дочь Торрена де Лиммена, – сразу зашла с козырей, – могу ли я задать один вопросик самому?
На личике эльфийки отобразилось должная доза почтения к моему папочке.
- Мастер сейчас занят. Его посетила муза.
Не успела я вежливо попрощаться и закончить сеанс, как за спиной секретарши раздался резкий хлопок. Надо отдать должное дрессировке – она даже не вздрогнула, а плавно повернула голову в сторону безобразия.
В приемную ворвалась дама, хорошо мне знакомая. Да и не мне одной – приму Большого Театра мира Миррей не знает только ленивый. Ариэль Тил. Безродная, но потрясающей красоты полукровка.
- Где этот?! – грозно вопросила она сочным контральто.
Хорошо, что секретарша забыла обо мне напрочь, и следующие десять минут я наслаждалась небывалым зрелищем: прима вытащила за волосы какую-то не совсем одетую бабенку из мастерской и со смаком мутузила ее. Вокруг визжащих баб носился Лабутеннити, заламывая свои ухоженные ручки. За знаменитым сапожником, обмахивая платком, бегала секретарь, всячески уговаривая его не нервничать.
Веселье закончилась с визитом охраны. Временно исполняющую обязанности музы растащили с музой действующей, а мастеру накапали в стакан успокоительного.
Кристианиал Лабутеннити упал на стул, обмахиваясь ладошкой, и шарил глазами по разгромленному кабинету. Даже вроде как-то подуспокоился. Пока не встретился взглядами со мной.