— Ты, Митя, талантливый друг влюбленных. А еще — ты всемогущий театральный деятель Москвы и Московской области.
— Ого, а ты умеешь комплименты раздавать, дорогая Катя!
— А для меня у тебя комплимент найдется?
— Всегда, пожалуйста. Костя, ты — лучший пациент российских и зарубежных клиник!
— Ну, да, других качеств моих ты не знаешь.
— Прости, могу серьезно похвалить, назвать другие твои замечательные качества. Которые знаю… — Увидев согласный кивок любимого, приняла торжественный вид. — Нет красивее и привлекательнее на земле мужчины, как Костя Володин. И еще: Костя — самый добрый и великодушный человек. Самый человечный человек.
Поглядела на недовольную гримасу Кости и удивилась:
— Каким из двух утверждений ты не доволен? Красивый? Или добрый?
Тут в разговор вступил Митя и предположил:
— Наверно, ему не понравился официоз. Ты с нежной интонацией похвали его, сразу растает.
— Лучше я его нежно поглажу.
Так шутя, донимая друг друга шаловливыми прибаутками, смешными присказками, прибыли на место. Расположились в трех комнатах, наверно, Мите это удалось сделать, потому что наплыва отдыхающих еще не было. Проголодались и обрадовано поспешили в столовую.
Их посадили вместе с женщиной средних лет, симпатичной, с внимательным, чуть ли не пронзительным взглядом. У всех за столом был изрядный аппетит, кроме Кости, признавшегося, что столовская еда уже поднадоела. Катя обеспокоенно предположила:
— Может в поселке есть какой-нибудь ресторан, не знаешь, Митя?
Тут в разговор вступила соседка:
— Нет, как в столице, вы здесь ничего не найдете. Придется смириться.
— Может быть, ужин тебе понравится? — У Кати даже аппетит пропал.
— Не переживай. Мы здесь не надолго же.
А Митя отреагировал еще спокойнее:
— Катюша, ты же знаешь, как Костя привередлив в еде. Ешь давай сама и не обращай внимания. Ты, Костя, хочешь покинуть нас? — Друг на эти слова не реагировал и оглядывал обедающих. Среди них были в основном женщины, и Костя поймал заинтересованные взгляды некоторых из них.
Соседка к концу трапезы задала вопрос, который, видимо, ее очень занимал и заставил троих даже растеряться.
— Наблюдаю за вами, и кажется мне, что вы, молодые люди, одинаково влюблены в свою подругу. Это так?
Митя так же спокойно ответил:
— Вы еще спросите, кого из нас выбрала девушка.
— То есть вы согласны, что оба любите Катю?
Тут Костя не выдержал, извинился и вышел из-за стола. Озадаченная Катя не знала, что и делать. А Митя почти приказал ей догнать Костю и, прямо глядя в глаза женщине, которая даже и не думала извиняться, произнес:
— Да, я тоже люблю Катю. Но и люблю своего друга Костю. Люблю дольше, чем Катю. Ответил я на ваш вопрос?
Женщина молчала, и Митя оставил ее, нисколько не расстроившись. Он переживал за Костю. Догнав его, он пошутил насчет несварения его желудка и спросил, где же Катя. Тот признался:
— Мы поссорились. Я нагрубил ей…
— Ох, ну, что с вами делать?! Костя, повторить, что я сказал этой бабе?
— Да знаю я твое красноречие! И твое терпение.
— А из-за чего поссорились?
— Она сказала, что более неловко должен был чувствовать себя ты, а не я. — Костя помолчал и, собравшись с духом, заговорил:
— Митя, я знаю, какой выбор ты сделал между нашей дружбой и тем, что ты испытываешь к Кате. Мне нелегко сознавать это. Иногда испытываю от этого… дискомфорт, что ли…
— Костя, давай поставим точку в этом вопросе. Она создана для тебя, она любит тебя. И я принял ее выбор. К тому же, ты знаешь, что я не совсем еще очухался от прежней своей — черт бы ее побрал! — любви. Может быть, излечусь от нее… благодаря Кате. Видишь, какой я эгоист?
— Да ты святой, хоть и чертыхаешься. — И друзья с облегчением рассмеялись.
Катю они нашли недалеко, в беседке. Подошли. Помолчали.
— Знаешь, Митя, — прервала молчание первой Катя, — твой друг такой ревнивец. Обвинил меня, что я забочусь о тебе больше, чем о нем.
Тут мужчины расхохотались. Катя обиженно оглядывала их, думая, что смеются над ее словами и над интонацией, с какой они были сказаны, — чувствовала, что как-то по-детски они прозвучали. Потом широко улыбнулась, потому что видела своего Костю почти счастливым. На предложение Мити: «Не хотите ли уединиться?», Катя обрадовано схватила Костину руку, а другой рукой, уходя, помахала Мите.
Они покинули его, и Митя отметил, как гармонично они выглядят — с головы до ног, как приятно глядеть на них, таких красивых и весело поглядывающих друг на друга. Шедшие им навстречу молодые женщины с любопытством и завистью рассматривали счастливую пару. А затем устремили свои взгляды на него. Митя, пропуская эти взгляды мимо себя, непроизвольно продолжал улыбаться им вслед. К нему подошла соседка по обеденному столу (вспомнил, что ее звали Елизаветой Сергеевной) и, указав на гуляющих женщин, сказала: