Звонил Митя, сообщил, что приехал Костя. Катя ахнула и с удивлением услышала предложение встретиться завтра. Но не с Костей, а с ним, Митей.
На кухню вплыла тетя, очень довольная чем-то. Заговорила:
— Ты знаешь, что твой Костя приехал?
Катя только один раз поговорила с ней, спросив о том, зачем ей нужно было портить жизнь даже не ей, а семье Кости. Ведь его родители осознали, какая им досталась невестка: и лгунья она, и ветреная («настоящая шалава», по словам тети), и пустоголовая. На этот вопрос получила ответ: она ни в чем не лжет, не преувеличивает, а говорит правду и только правду: уж ей ли не знать, какой выросла ее племянница.
Больше Катя не говорила на эту тему, знала, что тетю не переспорить. Лидии Ивановне вначале нравилось общение с ней, но потом стала избегать и встреч, и телефонных переговоров. Но сейчас Катя поняла, что иногда ей удается заинтересовать свекровь, которой из-за вежливости не пытается сократить нежеланный телефонный разговор.
— Да, я знаю. Тетя, ты разговаривала с Лидией Ивановной? Когда?
— Да, я узнала эту новость от нее. И даже больше: я знаю, что ему не захочется встретиться с тобой.
— Почему не захочется?
— Этого не могу сказать. Достаточно того, что он охладел к тебе. К этому все и шло.
Да, тетя стремилась к такому итогу. И неважно, что причиной ее желаний было не просто досадить ей, Кате, а двигала ею обычная зависть, прикрытая страстью открывать людям глаза и доказывать свою правоту. Она была убеждена, что Катя заслуживает одних только пессимистических прогнозов, зато верила в будущее счастье своей дочери. Пока она была права: Марина делала блестящую карьеру, а племянница прозябает в своей безответной любви к мужчине, которого не достойна.
В душе Катя противилась тетиным пророчествам. И на этот раз горестные мысли соседствовали с теплящейся надеждой на благосклонность небес к ней, сироте. И подумалось, что есть польза от слов тети: она должна быть готова к тому, чтобы принять и хороший, и худший расклад.
Освободилась назавтра пораньше после заседания, на котором начальство поздравляло коллектив, вошедший в число участников конкурса, претендующих на победу. Босс был в заграничной поездке и прислал телеграмму. Решено было встретить новогодний вечер в хорошем ресторане. Были неплохие предчувствия и у Кати, но еще оставались сомнения в победе. Позвонила Мите и встретилась с ним на площади, украшенной огромной елкой, ледяными скульптурами, зимними деревьями, расцвеченными электрическими огнями.
Зимняя кожаная шапка, из-под которой виднелся мех дымчатого цвета, соответствующая ей теплая куртка придавали Мите мальчишеский вид. Кате хотелось, чтобы он не был разочарован ее внешним видом, хотя полупальто на ней было из простенького меха, летящего покроя, но вязанные шапочка и шарф, такие привычные для нее атрибуты, имели вполне модную молодежную форму. Они не виделись ни разу после Костиного отъезда, и изменения в Кате Митя оценил после приветствия тем, что прикоснулся к ее щеке с выражением восхищения. Было ли оно притворным, Катя не поняла, да и отнеслась к этому равнодушно.
— Митя, так рада тебя видеть после долгого времени. Как всегда хорошо выглядишь.
— А мне-то как хорошо от того, что ты выглядишь прекрасно!
— Да ладно… Выглядела бы лучше, если бы высыпалась.
— Знаю, вы участвуете в классном тендере. Поэтому мало спала?
— Ну, теперь будет достаточно времени, чтобы выспаться. Впереди длинные выходные.
— Зайдем куда-нибудь, хочется выпить.
— Я не хочу, а ты выпей.
Сели за свободный столик, Митя сделал заказ и сразу посерьезнел.
— Знаю, что хочешь услышать. Костя здоров, и куда-то подевалось его скучное в последнее время настроение. Спокойный, даже веселый. Наконец вернулась эта его энергия, всегда кипевшая внутри. Так что выглядит прежним. — Помолчал. Взял ее за руки. Она следила за выражением Митиных глаз. Оно стало каким-то печальным, отличающимся от содержания его слов. — Не хочу тебя расстраивать новостью — она стала для меня неожиданной.
Последняя фраза стала для Кати дурным предзнаменованием, но она была ко всему готова.