— Я в порядке. — Показала на машину, стоявшую с открытой дверью посреди двора. — Митя, поставь машину на стоянку, и поднимемся в дом.
Теперь у нее было время более внимательно оглядеть Костю. Он поставил сына вниз. Тот обнял его за ноги, а он виновато смотрел на нее. И было в его взгляде знакомое Кате выражение: как будто он хотел защитить ее, оградить от всего неприятного. Это были другие глаза, не те, что она запомнила при нескольких встречах после его амнезии.
Она отвернулась и медленно пошла ко входу в подъезд. Митя догнал их у лифта. Так, успокоившись, они вошли в квартиру.
Костя неосознанно следил за тем, как вели себя Катя и Митя, и по неуловимым мелочам понял, что они уже не те, какими были до этих пор и какими их знал. А знал он слишком хорошо Митю и теперь видел, что тот вел себя непривычно — как счастливый мальчишка, ожидавший желанного подарка от дорогого человека. Катя выглядела смущенной. Во взглядах Кости она уловила его удивление, а еще удовлетворение. Сразу повеселела. Вспомнила, как раньше ей было хорошо в присутствии рядом с ней двух друзей.
Мужчин тоже успокоило ее настроение. Костя ушел с сыном в детскую, а Митя схватил ее в свои крепкие руки, поцеловал с чувством и сказал:
— Ты меня напугала… Сейчас как себя чувствуешь? Хорошо?
— Хорошо, мой дорогой. Действительно пугаться было не из-за чего… Я тебя ждала. Останешься? — Видела, как вспыхнули глаза любимого мужчины. Тоже испытала необыкновенный восторг.
Настало время, которое Катя отодвигала, инстинктивно опасалась: Митя заговорил о женитьбе.
— Катя, хочу всегда быть вместе. Пожалуйста, давай зарегистрируем наши отношения.
— Митя, что, если повременим?.. Давай не будем торопиться.
— Если отказываешься, объясни, почему?
— Я не отказываюсь. Ну… наверно, еще рано. Я даже не знаю твоих родных. Не была ни разу в твоей квартире. И где мы будем жить?
— А в чем дело? Слава богу, тебе становится лучше, и можно уже все это сделать — познакомиться с моими родителями, с сестрой. Жить будем у меня, там просторнее. Но и приходить сюда будем… Ведь твоя работа рядом.
— Видишь ли… Не знаю, как отнесутся ко мне и Саньке твои родные. Ты бы мог выбрать жену без ребенка…
— Да ладно, это не причина. Родные давно ждут, чтобы я остепенился. А Санечка — твой сын и сын моего друга. Дважды родной.
На все ее вопросы и отговорки Митя выдавал такие бесспорные аргументы, что пришлось согласиться. К тому же заканчивалось ее сидение дома. Надо было выходить на работу, завершать проект. Хотя без нее прекрасно справлялись ее заместители. На июнь был назначен отчет в министерстве. И волнуясь, готовилась к знакомству с родителями Мити.
Позвонила отцу, Дмитрию Алексеевичу, чтобы попросить поддержки. Тот обрадовался, и условились, что он и его жена придут знакомиться с ее будущим мужем. Хотя и знали его как друга ее бывшего мужа.
В субботу Катя открыла дверь после звонка и в дверях увидела отца с женой Ольгой, а впереди них стояла нарядная девчушка примерно одного возраста с ее сыном.
— Это что за прелестница такая? Это моя сестренка?! — Отец кивнул, Ольга улыбалась. А Катя с восторгом рассматривала девочку. — Здравствуйте, проходите, дорогие мои. Митя, Саня, смотрите, кто к нам пришел в гости?
Встреча была не только теплая, но и радостная. Отец объяснял с удовольствием, что они с женой себя обеспечили счастливой старостью. Митя им понравился еще больше, по-другому и быть не могло. Дети с интересом разглядывали друг друга, чтобы подружиться и стать родными на всю жизнь. Кате хотелось в это верить, и она как никогда была счастлива.
Настал день, когда вместе с отцом Катя оправилась к родителям Мити. Они жили в престижном районе, в доме с охраной и шлагбаумом при входе. Митя показал на дом невдалеке, где наверху, в пентхаусе, жил сам.
Дверь была открыта, встретила их сестра Мити, Тамара. Прошли из большой прихожей в великолепную гостиную, где их ожидали Митины родители. Отец оказался достаточно преклонного возраста, а мать — красивой цветущей женщиной средних лет. Тамара очень была на нее похожа. А Митя, как показалось Кате, был сыном своего отца. Он был, она знала, известным театральным художником. Тепло поздоровались.
Конечно, внимательно разглядывали Катю, стараясь быть в меру тактичными. Митя не отходил от нее, обнимал за талию, как бы напоминая всем, что это его собственность. Приветливы были все, кроме Тамары. На ее лице застыло выражение, в котором угадывалось ревность. Катя понимала ее, ведь у них с братом были отношения очень близкие. Позже, когда сидели за красиво накрытым столом, пришел Тамарин муж с пятилетним сыном. Он был гораздо старше Тамары, и с отцом Кати у него нашлись общие интересы. Так что все семейство приветствовало окончание холостяцкого положения их родного человека.