Я вновь перевела взгляд на полки с моими учебниками и задумчиво спросила. - Вы видели его? Господина Дегора Од Рандалла? Я смогу как-нибудь здесь встретиться с ним? Может, вы позволите...
Генерал вновь приблизился ко мне, я отметила, что его пальцы удлинились, а руки начали покрываться бронзовой чешуёй. Я не сразу поняла, что он ревнует.
- Ваннора, - вновь обхватив меня за плечи и крепко сжав ладони, прорычал дракон. – Забудьте этого дракона, он никогда не любил вас и никогда не сможет прийти к вам.
Я уловила в голосе Лоуренса глухую злость. – Я был у ректора академии и говорил с его братом, Виедасом Од Рандаллом, – золотой дракон уже встретил свою истинную. Едва ли он вообще вспомнит о вашем существовании. Поймите же, вы, наконец, для дракона имеет значение только его истинная, его избранная…
Я угрюмо сжала губы. Нет, не может, то, что я чувствовала к нему быть ошибкой, туманом, обманом! Этого просто не может быть!
- Я все равно останусь ему верна. – Тихо, одними губам проговорила я, но мужчина все равно услышал меня. Острый тяжелый взгляд прожег меня насквозь, я гордо ответила на него. Больше я не опущу глаз. Наконец, после долгой борьбы, дракон отпустил меня.
- Отдыхайте, Ваннора, мы поговорим с вами позже. – Развернувшись, он быстро вышел из моих покоев, а я без сил сползла на пол и обняла себя руками. Странные, непрошенные, неожиданные слезы намочили мне щеки.
- Нет, Дегор, ты ведь не просто использовал меня. Я ведь люблю тебя, ты мой первый и единственный мужчина, ты был для меня светом. Ты не мог забыть меня. Генерал обманывает меня, он обманывает! – Вскочив с пола, я дрожащим руками с гулко бьющимся сердцем, роняя от поспешности все, что попадалось мне под руки, нашла в своих старых вещах лист пергамента и перо и принялась писать письмо к нему. От волнения и тревоги буквы у меня получались неровные, скачущие и резкие, но я не могла остановиться, исповедуясь перед единственным в своей жизни мужчиной, которого любила. Закончив писать и отправив послание золотому дракону, я устало свернулась прямо на ковре и заснула тяжелым сном без сновидений.
Глава 5
Еще не проснувшись, с трудом понимая где я, я нащупала рукой мягкий теплый ворс ковра, на котором лежала. Потом прикоснулась к своей тюремной сорочке, она была на месте, все также порванная, я так и не переоделась после того невиданного дня. Резко, так, что у меня закружилась голова, я приподнялась и поняла, что мне пришло магическое письмо и сразу молнией вспыхнувшей в ошарашенных мыслях, я вспомнила все: перемещение в это поместье, письмо золотому дракону, усталый пустой сон. Потом сердце мое холодно замерло, не желая продолжать биться, потому что я по первым же строчкам поняла, что это ответ на мои отчаянные мольбы, признания в любви и верности отправленные Дегору.
Мой возлюбленный получил мое послание, прочитал и ответил на него, генерал был не прав. Я нужна моему дракону. Со странным оцепенением, как будто проваливаясь в пропасть, я начала читать.
«Ваннора, я рад, что вы нашли своего истинного и теперь сможете оставить меня в покое. Я не желаю больше ничего слышать о вас, ваши мольбы, признания и угрозы кажутся мне дикими, оскорбительными и злыми. Не понимаю, зачем вы оскорбляете меня своими упреками, я никогда ничего не обещал вам, я ясно дал вам понять, что вы никогда не будете ни моей возлюбленной, ни супругой.
Вы не можете не помнить моих слов, хотя и не желали и не желаете до сих пор принять их. У меня было много фавориток до встречи истинной, вы были одной из них, и никого я не принуждал силой. Не заставлял разделять со мной время. Так в чем вы хотите меня обвинить и чего требуете от меня? Я устал от вашего эгоизма, избалованности и тщеславия, может быть, когда вы научитесь слышать хоть кого-то кроме себя и своих капризов, вы сможете начать новую жизнь. К тому же судьба дает вам шанс, и я надеюсь, что вы перестанете позорить своего супруга и писать подобные письма другим мужчинам. Дегор Од Рандалл».
К тому времени, как я дочитала письмо от золотого дракона, мои руки так дрожали, что я едва разбирала слова перед собой. Сердце во мне пылало от тяжелой обиды и злости, мысли так горели, что если бы они превратились в раскаленные камни, то прожгли бы вокруг себя все, чего бы коснулись. Прежде чем я поняла, что делаю, на моих руках, свободных от наручей, сковывающих искру, вскипела магия, и я спалила злополучное письмо.