Но и этого мне было мало, в дикой, бешеной злобе я бросилась уничтожать покои, в которых находилась. Кровать, широкую удобную для людей, у которых есть будущее, мои старые вещи, мне теперь ненавистные, этот пушистый мягкий ковер под ногами, не нужный арестантке, эти прекрасные, такие нежные и с любовью отделанные стены, портьеры, вещи, которые не нужны магу без цели в жизни. Не останавливалась, с все нарастающим восторгом, я превращала в пепел покои, в которых должна была провести остаток своего заточения. А в моих мыслях раскалёнными буквами мелькали отрывки из письма Дегора, намертво высеченные, выжженные в моей памяти.
Я не желаю больше ничего слышать о вас, вы оскорбляете меня, вы никогда не будете ни моей возлюбленной, ни супругой. Я устал от вашего эгоизма, избалованности и тщеславия, вы позорите своего супруга. - Дикое рычание вырвалось из моей груди, а магия, не желая смиряться, успокаиваться, кипела во мне, требуя разрушения и разорения.
Неслышно в мои покои вошел Лоуренс Ре Элтесейн, и, внимательно осмотрев учиненный мной погром, повернулся ко мне. Я с диким, горящим лицом обернулась к нему, едва сдерживая магию от удара. Изо всех сил сжав кулаки, я так тяжело боролась с собой, что мои руки заметно дрожали, а голос отказывался слушаться меня.
- Новых покоев, Ваннора, вы не получите. Восстанавливайте теперь эти. – Посоветовал мне дракон, спокойно проходя на пепелище, устроенное мной за несколько минут. – Я говорил, Ваннора, из вас получится хороший боевой маг. Я подготовлю вас и устрою на службу в свой отряд.
Я зло огрызнулась. - Мне ничего от вас не нужно. Можете вернуть меня в ледяные пещеры Веластентена. Мне все равно. Я вас всех ненавижу!
Дракон подошел ко мне, и, взглянув на меня сверху вниз, изменившимся стальным голосом проговорил. - И меня ненавидите? Хотите напасть на меня и испепелить, как эту комнату? Я позволю вам осуществить это желание. Только не здесь, внизу есть зал для тренировок, эти покои уже достаточно разрушены.
Я вздохнула, ощущая, как стынет в моей груди все расширяющаяся пустота. Я действительно хочу уничтожить этого наглого, опасного, упрямого дракона. Мои руки щекотала магия, а грудь постепенно начинал наполнять огонь, и ему нужен был выход.
– Следуйте за мной. – Жестко приказал дракон.
Послушно быстро я спустилась за драконом в подвальное помещение, не видя ничего вокруг себя. Мы вошли в широкий просторный зал, полностью пустой, зачарованный магическим барьером, предотвращающим разрушения. Пусть я не смогу разбить эти стены, но мужчина передо мной не поднял барьер, его я смогу… - прежде чем я додумала эту мысль, огненный снаряд сорвался с моих рук и полетел в сторону генерала.
Первый снаряд, совершенно не причинив вреда дракону, с тихим треском рассеялся в воздухе, и я, переполненная неуправляемой, горькой, раздирающей меня изнутри яростью, направила без остановки в сторону дракона еще два снаряда. Магия все еще кипела в моих руках, бурлила в крови и кружила мне голову. Я заметила, что броня генерала немного потемнела, это было все, чего я смогла добиться? Атаками, в которые вложила все свое сердце и силу? Мой пронзительный взгляд скрестился с изучающим, внимательным взглядом дракона.
С начала нашего сражения он не двинулся с места, не поднял барьер, не сделал ничего, чтобы защититься. Эта странная мысль внезапно навела меня на рассуждения, или он так уверен в том, что у меня не хватит сил причинить ему вред, или что я делаю что-то не то. Огонь не достиг цели, значит, стоит использовать другую стихию. Я улыбнулась, и, сбрасывая со своих рук подготовленный сгусток огня, обратилась к противоположной стихии. Ледяная магия в контрасте с теплом огня в первое мгновение обожгла мои руки, но как только я запустила ее в дракона, его ноги приросли к полу, окованные глыбой льда. Значит, стихийная магия все же действует на драконов, стараясь не упускать преимущества, с сердцем, замершим от сладкого дикого ожидания, я запустила в Лоуренса ледяные сверкающие шипы.
Головокружительный восторг приподнял меня над землей и на мгновение сделал мое сердце таким легким и звонким, что я сама вся как будто превратилась в это движение, слилась разумом с острыми осколками, летящими к своей цели. Лед, ударившись о броню дракона, осел на ней легкой снежной крошкой, но не причинил воину никакого вреда. Я нахмурилась, в моей голове глухо и гулко застучали тысячи молоточков, сердце так до конца и не опустившись на землю, горело, а мысли наполнились искрами интереса. Я не проиграю этому дракону – лед хорошо пропускает магию молнии, уже запуская в своего противника ослепительный разряд, размышляла я. Но вновь стон разочарования вылетел из моих крепко сомкнутых губ.