Лекарь вновь пришел в кабинет, осмотрел мое бездыханное тело и лишь покачал головой. Фригиез накинулся на него. Казалось, он был готов разорвать его на кусочки от охватившего его гнева и безвыходности.
Кое-как один из советников Его Величества, который тоже пришел из-за шума в кабинет, смог его успокоить. Лекарь зашил мою рану.
А вот это правильно! Нежелательно, чтобы вся моя кровь вытекла. Это конечно меня не убьет, но придется провалятся в постели с месяц, дабы организм полностью восстановился.
Слуги поспешно перенесли мое тело на другой диван и неловко смыли с меня кровь, переодели в белое платье, вытерли кровь от пола и попытались очистить диван и вышли из комнаты, оставив меня наедине с Фригиезом лежать на диване. Из-за потери крови я практически сливалась со своим платьем.
Фригиез сидел возле моего бездыханного тела и плакал, водя кончиками пальцев по моему лицу. Я сидела в кресле напротив дивана и со скучающим видом наблюдала за ним. В первый раз вижу столько нежности ко мне. Тем более от него.
Позже меня перенесли в мою спальню, где всю следующую ночь провел вместе с моим телом Фригиез.
«Что мне теперь делать?» - единственная мысль, что билась у меня в голове на протяжении всех прошедших часов. Я уже скоро должна очнуться, а ни одного разумного решения придумать так и не смогла. Неужели единственный выход – это…
Как же не вовремя меня затянуло обратно в тело.
Фригиез сразу заметил, что я очнулась. Застыл. Похоже, ему было трудно поверить в происходящее.
- Что…
- Если ты хочешь узнать, - прохрипела. К счастью, я порезала горло не глубоко, поэтому связки не задела. Единственное, оно адски болело, что мешало мне нормально говорить, - почему я очнулась после того, как умерла то ответ прост: я не могу умереть. Как бы ни старалась.
Сил, чтобы выбраться из его объятий и встать, у меня больше не было. Если бы могла, уже бы ушла. Однако, я потеряла слишком много крови для этого.
Еще крепче обняв меня, Фригиез зашептал:
- Я не совсем понимаю, что происходит. Но… я рад, что ты жива. Спасибо, - поцеловал в макушку.
- За что? – кисло улыбнулась я. Забавный, до этого хотел заточить меня в темнице и возможно там же убить однажды. А сейчас обнимает меня и благодарит.
- За то, что жива.
А это уже слишком.
Я оттолкнула его и посмотрела с ненавистью.
- Убирайся.
- Что? Но почему? – не понял резкой смены моего настроения.
- Я сказала тебе: убирайся, - захрипела я, чувствуя, как в глазах начинают скапливаться слезы. Хотелось кричать, но боль в горле остановила меня. Было больно говорить, не говоря уже о том, чтобы кричать. – Просто уйди от меня!
- Хорошо, - недовольно поджав, губы сказал он. – Но только после того, как скажешь причину.
- Я ненавижу тебя. Если бы могла, я сделала бы все, чтобы никогда не видеть тебя, - видя, что он хочет что-то сказать, я поспешила добавить, - я сдеру себе швы, которые лекарь наложил мне недавно. И тогда я буду приходить в себя месяц, а то и два. Так что мы еще до-о-олго, - едко сказала я, растянув губы в улыбке, - не увидимся, если ты немедленно не уйдешь.
- Хорошо, я покину тебя сейчас, - медленно отошел к двери, не сводя с меня своего пристального взгляда. От этого у меня по телу пошли неприятные мурашки. – Поговорим завтра, - и захлопнул дверь.
Я хмыкнула. Это мы еще посмотрим.
Повернулась на бок и, чувствуя, как ушли последние силы после разговора с Фригиезом, начала погружаться в дрему.
5.2.
Фригиез.
Я слушал отчет Хростиза и пытался понять, в какой момент все зашло слишком далеко. Оказывается, я жил в другом мире, где Аделия была не жертвой манипуляций Домонкоса, а сущим злом, что пыталось соблазнить его.
- Всех виновных убить, - перебил я Хростиза. Больше нет сил выслушивать то, как страдала Адель.
- Но ведь…
- Убить, Хростиз, - мрачно поднял на него взгляд.
Он лишь поджал губы.
Хростиз был для меня другом с ранних лет. Его отец заранее готовил сына себе на замену. Кто же знал, что он умрет так скоро.
Два года уже Хростиз работал вместе со мной. Конечно же большую часть дел я разбирал вместе с Домонкосом. Хростиз больше был на подхвате.
В связи с последними событиями он займет должность Домонкоса и всецело займет место моей правой руки.
- …их слишком много. Если руководствоваться вашим приказом, тогда придется убить всю знать и почти всю прислугу, - хмуро заявил Домонкос.
- Тогда казни тех, кто был в сговоре с этим предателем Домонкосом, - тяжело вздохнул, как же хочется убить даже тех, кто лишь косо смотрел на Адель, - и ту прислугу, что больше всех измывалась над Аделией. В общем делай все на свое усмотрение, - потому что если я буду судить виновных, то полетят все головы.